— Занятное изобретение, не правда ли? — обратился к баронессе, начальник Тайной полиции. — Приговоренный подвешивается на раме за ноги, а затем при помощи пилы распиливается от паха, до плеч, — пояснил он принцип действия.
— Делайте, что должны, виконт. И будьте счастливы, принося несчастье любимым, — в спокойном и уверенном тоне Марины Гранде было что-то торжественное и потустороннее. То, от чего кровь стыла в жилах.
— Ллит, баронесса ждет вас и ваш аппарат, — Август Крайтон потерял к баронессе всякий интерес, а может просто боялся взглянуть в глаза сильной женщине.
Мистер Ллит был счастлив, он получил в свои руки две игрушки с которыми он мог делать все, на что хватит его фантазии. А вот сэр Август Крайтон призадумался. Крепко призадумался.
Из собственных мыслей его вырвал женский крик. Как бы ни была морально сильна Марина Гранде, она тоже оставалась человеком. Хоть в её жилах так же текла кровь, только чуть голубая — признак потомка истинных лордов, но она тоже чувствовала боль.
Теперь Серый кардинал остался тет-а-тет с Джейсом Уокером, мастеровым паромобильного предприятия Нейджи Технолоджис.
— Не хорошо поступаете, мистер Уокер, учитывая что Император по способствовал вашей недавней семейной трагедии. Вы не будете отрицать, что являетесь ключевым звеном между известными вам лордами и теми, кого принято называть бунтовщиками. Люди, дворфы, аслау — вы курировали всех. Вы будете казнены, это такой же явный факт, как то что Солнцеликий не оставил законных наследников.
— Мои условия: дайте слово рыцаря, поклянитесь на клинке, что не будете преследовать мою сем… — по едва заметной улыбке Серого кардинала, мятежник почуял, что его пленитель нашел лазейку в рыцарской клятве и тут же поправился, — моих родственников.
— Что-то еще? — осведомился Август.
— Я хочу умереть, как революционер, с гордо поднятой головой, а в петле или на плахе не так уж и важно. Не желаю сгнить в безымянной яме, как мятежник.
— Даю Слово Чести, — подтвердил клятву виконт и его окутало сияние, скрепляя священный договор.
— Записывай, ищейка…
Окраины ночного Раудвилля озаряло пламя горящей мельницы братьев Херш. Сами же братья-мельники были заперты на мельнице и заживо сожжены в назидание другим буйным головам. Мельница горела плохо и черные мундиры подливали магического огня в древесину, чтобы не осталось даже углей, чтобы каменные жернова потекли, будто растаявшее масло.
Крайтон поправил натирающий ворот чёрного мундира. С последней примерки мундир был ему узковат. Да и стальные пластины, с непривычки, давили на плечи, но уж раз он лично ведет в бой Псов войны в черных мундирах, надо соответствовать.