— Договорились. – Шепнул Артём, утаскивая меня обратно на кровать.
Два следующих дня прошли относительно спокойно. Мы работали, вечером проводили немного времени вместе. Алёны на работе не было, у неё были выходные за две дежурные смены в субботу и воскресенье.
Удивительно, но больше никаких форс-мажоров в её отсутствие в клинике не возникало. Поэтому я не могла не злиться, и всё равно мысленно обвинять её во всех смертных грехах.
Среда началась с приятной новости. Роберт Оганесович сообщил нам, что нашёл нового заведующего отделением хирургии, и что тот готов был приступить к работе со следующей недели. А это значило, что в понедельник мы с Артёмом могли лететь домой.
Артём
Я написал Вере, но она не отвечала, потому что была на операции. Это я узнал из графика, в который догадался заглянуть только после того, как оставил ей сообщений десять.
Вообще, было удивительно, как женщина могла подселиться в голову так прочно и так быстро. У меня такого даже с первой женой не было, а там мне казалось, что я был влюблен как мальчишка…
Первой женой. Не бывшей. Как заговорил! Как будто уже собрался жениться второй раз.
Я усмехнулся своим мыслям, открыв очередную папку с документами, которые мне нужно было проверить и подписать, когда в мою дверь постучали.
— Войдите! – Крикнул я, оторвав глаза от документов.
— Привет. Можно? – Зачем-то ещё раз спросила Алёна, которая заглянула в кабинет. Я кивнул.
Может, Вера была права, и Алёна как-то назойливо много уделяла мне внимания? Могла она провести в выходные те операции без моего вмешательства? Сейчас сказать было уже сложно…
— Я тут нам кофе принесла. Увидела, что в ординаторской закончился, и заскочила в кофейню после обеда. Ты же любишь выпить чашечку. Просто чёрный с сахаром, как ты любишь.
Она поставила стакан с кофе передо мной, а сама села на кресло для посетителей, которое стояло напротив стола.
Я прочистил горло, сцепил руки и внимательно на неё посмотрел. В ответ Алёна лишь захлопала ресницами, придавая своему образу максимально невинный вид.
— Зачем ты это делаешь, Алёна? Я думал, ты серьезно тогда сказала насчёт того, что рада, что я двигаюсь дальше. Ты же понимаешь, что это неуместно?
— Что именно? Кофе? С каких пор стаканчик с кофе стал расцениваться как что-то большее, чем просто дружеский жест?
— Не помню, чтобы замечал за тобой подобные дружеские жесты. Ах, да, погоди, кажется, они были. Ты кофе приносила Косте, моему бывшему лучшему другу, с которым потом переспала.
Улыбка медленно сползла с лица бывшей жены.