— А ещё он возомнил себя настоящим ханом и начал раздавать доспехи и добычу нашим людям! Это неслыханно! Молодёжь вернулась с похода на каких-то крыс, задрала нос и считает себя настоящими воинами. Они даже стали отельным станом, будто не из нашего рода! Но ничего, пусть только вернуться домой! Там мы объясним, кто в юрте хозяин!
Какой молодец! Вернее, просто клинический кретин. Ранее я был о Болчу лучшего мнения. А сейчас он с трудом сдерживал гнев, глядя на стоявшего недалеко Чутая. Молодой воин действительно нарядился в отличный доспех, ещё и надел плащ, подбитый мехом. А его сафьяновые сапоги красного цвета с золотой вышивкой, поразили воображение даже бывалых воинов. Ну, есть грех у товарища. Любит он красиво и ярко одеваться. Остальные заговорщики тоже расположились рядом с лидерами сепаратистов, но немного наособицу. Они как бы демонстрировали, что представляют свои роды, но придерживаются иного мнения.
Курултай проходил на вытоптанной поляне диаметром метров тридцать. На ней собрались все ханы и главы сильных куреней сари-куманов. Площадка была окружена небольшим забором, дабы обсуждению важных тем не мешали толпы зевак, хлынувших в Шарукань. В радиусе десяти километров не осталось ни одного свободного места. Ведь народ прибывал с семьями и скотом. Времена сейчас такие, что даже родню долго кормить не будут, поэтому в гости лучше ехать со своей едой и кормом для коней. Хотя куманы не забыли традиций гостеприимства. С другой стороны, пока не так холодно и многие до морозов спокойно успеют вернуться в свои стойбища.
Часть вождей хотела отбрехаться от всеобщего съезда, но здесь сработали наши технологии. Агенты Самана не только договаривались с недовольными главами небольших семейств. Они активно распускали слухи, что в Шарукани будет избран походный хан, и далее только он будет определять жизнь орды на ближайшие два года. А те, кто пропустит выборы, лишаться всех прав на власть и теряют свои стада. Подобного захода не мог выдержать ни один уважающий себя кочевник. Плевать им на власть, возможно, даже на некоторых родичей и тем более жён. Но как жить без скота, являющегося гордостью любой семьи? При этом шептуны убеждали народ, что ветер дует со стороны наших оппозиционеров. Мол, токсоба хотят возвыситься за счёт сальцев, рассказывали специально обученные люди за кострами простых степняков. А отперлюи слышали то же самое про токсобичей. Слухи моментально разлетелись по степи и дошли до вождей. Мы даже немного перестарались, так как перевозбудились лояльные общему делу бурчевичи и шаруканцы. Понятно, что дело касалось дальних кочевий, но истерия в куманском обществе нарастала.