— Мы… — попробовал что-то сказать гоблин.
— Молчать! — еще сильнее рыкнул император, возбуждая своих гвардейцев до взятия автоматов наизготовку, — Мы с вами первые договаривались, мы вам ряд предлагали, как Истинные своим, ничем бы не обидели! Да, надо было устроить это посмешище-турнирище, сыграть его, но именно вы, сукины дети, решили сыграть в настоящие торги! Так мало того, что сыграть, еще и всех нае*ать, с Аксисами договорившись! Я месяц с жопой в мыле в дипломатию играю, у меня война с Германией чуть не случилась, ко мне во дворец трое убийц наемных пролезало! И ты, морда седая, мне сейчас пытаешься сказать, что я должен половину болот взять и пять тысяч ваших карликов⁈
Ууу… Так вот оно что. Мы еще всего не знаем! Гарамон, как оказалось, вел игру внутри игры! Во дают!
— Вот что, зеленый… — продолжал император, придвинув к себе договор и внушительно подолбив по нему пальцем, — Вы пытались поиметь меня, так что я теперь имею вас! Вокруг вашего портала четыре десятка ревнителей! Вы, же, хитрожопы проклятые… думайте. Либо будете по этим условиям жить, либо… здесь и останетесь. Вас казню прямо тут, а остальным — дам неделю на раздумье…
Вот на этом месте мы опухли все, без исключения. Ненадолго, на минуту, а затем император, обращаясь к своим, не представленным нам вельможам, начал объяснять, что овчинка выделки не стоит. Теперь не стоит.
Благодаря проделкам гоблинов, вся эта движуха получила чересчур большую известность, что вызвало и вызывает для Руси большие сложности, которые сейчас, в связи с войной Великих домов, крайне неудобны. Отношения с Германией, несмотря на вопиющий акт неспровоцированного нападения на команду Руси, обострены, так как умерять свои претензии на территорию Польши немцы не хотят. Франки, в свою очередь, тоже не хотят усиления старых геополитических противников. Вся Прибалтика, по вечной своей привычке, ноет и волнуется, пытаясь найти покупателей на свое мнение, что тоже мешает жить.
— … и это я помалкиваю о том, господа мои хорошие, — тяжело проговорил Петр Третий, — … что сейчас разговоры идут о том, чтоб не принимать послов, если те явятся с зелеными под ручку. Ни на самых верхах, ни даже в мелких переговорах. Мол, засранцы эти слишком коварные, а ну еще чего удумают? Так что мне сейчас выгоднее вообще их… к такой бабушке, чем во всей этой каше плясать! Одно добро сделали, паразиты, Аксисов с Сильверхеймами этими сраными до ручки довели!
И снова тишина, тяжелая, гробовая. Все молчат. Владыка давит взглядом на съежившихся гоблинов. Пожилых, умных, элиту их расы. Им некуда деваться из хватки раздраженного медведя, собирающегося выжать из их мира и расы всё, что только можно.