— А, флотские, — проговорил охранник, заглядывая в бумаги и сверяя фотографии. — А ну, парень, сними кепку и посмотри на меня.
— Так? — улыбаясь, спросил я, повернув кепку козырьком назад.
— Ладно, сойдёт, — пробурчал охранник, глядя на следующую подъезжающую машину. — Ваши у третьего ангара. С линии не сворачивать, к чужим кораблям не приближаться. Потом придёте на регистрацию. Всё, не загораживай проезд.
— Так точно, — подобострастно улыбаясь, проговорил Василий, и стоило шлагбауму подняться, как он плавно вдавил газ. — Корабль? Ты что задумал, Сашка?
— Да так, — усмехнулся я, видя удивлённый взгляд Строгонова. — Было у меня время подготовиться.
Василий ничего не ответил, покачав головой. Но когда мы добрались до нужного ангара — лишь безмолвно уставился на ждущее нас судно. И было с чего. Небольшой по меркам воздушного флота, всего шестьдесят метров в длину, десять в ширину и семь с небольшим в высоту. С четырьмя сдвоенными курсовыми и десятью маршевыми двигателями, располагающимися как по краям, так и под днищем.
От вооружения остались только башни многоствольных автоматических пушек, для самообороны, но даже их удалось сохранить чудом, из-за связи предыдущего владельца и неожиданности покупки. Никто не предполагал, что у отставника, получившего ранг по ранениям и выслуге лет, найдётся столько средств. Сам капдва встречал нас у трапа, по которому одетые в штурмовые доспехи парни грузили последние продукты.
— Что тут происходит? — выдохнул наконец Василий, когда к машине подскочил взволнованный Гаубицев.
— Всё готово к отправке, господин, — не обращая на наставника никакого внимания, произнёс Михаил. — Документы собраны, припасы доставлены. Мы с тревогой следили за вашим поединком. Рад, что у вас всё вышло, как вы и планировали.
— А я вот не очень рад, — усмехнулся я. — Было бы просто прекрасно, если бы вместо этого все мои предосторожности оказались излишни. Но попытка взять меня под стражу лучше всего характеризует мои отношения с государем.
— Значит, я теперь капитан корабля беглецов… — проговорил Побегайло, подходя ближе. — Отвратительная перспектива, надо сказать.
— Заставить вас себе служить я не могу, — усмехнулся я, пожав плечами. — Корабль по факту и так принадлежит мне, так что…
— Что вы хотите сказать, молодой человек? Или у вас внезапно найдётся капитан корабля и пара пилотов? Нет? — Погоняйло, надевший чёрную повязку на левый глаз, неприятно усмехнулся. — Я так и думал. Даже если кто-то из ваших сопляков-подручных решил, что он вдруг научился ходить на корветах, надеюсь, у вас хватит мозгов понять, что это опасное заблуждение, которое может стоить всему экипажу жизни?