— А вы по долгу службы или как? — поинтересовался я у мичмана.
— А я сегодня представляю своего дражайшего дядюшку — Председателя Географического общества, генерал-адмирала и прочее, — грустно сообщил мичман. — Дядюшка занедужил, поэтому послал мне записочку, чтобы я, как флотский чин, его подменил. А мичман, как вы понимаете, обязан исполнять приказы адмиралов. Рядовые заседания может и вице-председатель провести, а тут нечто особенное.
Мичман Романов оглянулся по сторонам, и почти прошептал:
— А я, признаться, терпеть не могу подобные мероприятия. Буду сидеть с умным видом, кивать и ничего не понимать.
— Сочувствую и понимаю, — кивнул я. — У меня масштабы были поменьше, но все равно — в бытность свою следователем в провинции, иной раз представлял особу своего отца — тогда еще вице-губернатора. Сидишь на каком-нибудь заседании Благотворительного комитета и думаешь — сколько бы полезных дел сделал.
Разумеется, я малость соврал. Не так и часто представлял я особу своего отца. Но тут, два мажора, блин. Разумеется, Великий князь на порядок мажористей, нежели сын товарища министра, но все-таки, братья по несчастью.
— А ведь я, Иван Александрович, к кругосветному плаванию готовлюсь, — похвастался Александр Михайлович. — Выходим в Атлантику, потом в Тихий океан, в Австралию по дороге зайдем. Корвет «Рында» — красавец!
— Надеюсь, не парусный? — поинтересовался я.
— И паруса есть — три мачты, и паровая машина, ход — двадцать узлов, — доложил мичман. Мечтательно сказал: — С детства мечтал о кругосветном плавании, а тут — три года в море!
Три года в море⁈ Я мысленно себе представил, как плывешь в железной коробке по бескрайнему морю-океане, да еще и целых три года, а каюты, наверное, не больше купе в поезде. Ошалеть можно. В поезде как-то довелось проехать двое суток, но это с остановками, так и то чуть не завыл от скуки, хотя и телефон с собой был, и книжка. За окном однообразный пейзаж — елки да болота, а тут — вода-вода…
Но вслух сказал:
— Эх, завидую. Была бы возможность — напросился бы в юнги. Но, увы. — Я деланно вздохнул и попросил: — Если вас не затруднит, попрошу вас ракушку из плавания привезти. Не для меня, для жены.
— Ракушку? — удивленно переспросил Великий князь, но пообещал: — Для Елены Георгиевны — непременно привезу. Самую большую!
Меня даже слегка кольнуло — ишь, для Елены Георгиевны он привезет. Жди, голубчик, пока Ксюшка не подрастет. И лучше ты своей будущей супруге самую большую раковину привези, а мы уж как-нибудь. Но за три года князь о своих обещаниях позабудет.