Грубая кожа нашей связки безжалостно резала руки до самых костей, а подошвы неумолимо скользили по влажной грязи к обрыву. Древний камень под моими ногами крошился мелкими и подлыми крупинками, грозя в любую секунду отправить следом за девушкой весь остальный отряд. Мой сфокусированный взгляд выхватывал из полумрака только натянутую струной полосу, скользкий край карниза и зависшую над бездной Фэйу, которой не хватило буквально половины шага до широкого выступа. Неун огромной лапой сгрёб её за воротник куртки, Зэн позади меня навалился всем весом на спасительный ремень. Вся эта возня выглядела нелепо, но мы сообща не позволили человеку сгинуть в чёрной пасти пропасти.
Спустя пару долгих секунд Фэйа перевалилась через край и рухнула на твёрдую поверхность.
Она тяжело привалилась спиной к скале, согнулась пополам и принялась судорожно заглатывать спёртый воздух, словно выброшенная на берег рыба. Через ментальный контур стаи я ощущал, как её дрожащее сознание пульсирует истеричным ритмом совсем рядом с непроницаемым разумом анта. Мозг автоматически зафиксировал её текущее состояние. Физически она в полном порядке, но психика на грани срыва, бедро ушиблено ещё сильнее, но главное условие выполнено. Жива.
— Я прошла, — хрипло выдавила она, пытаясь унять дрожь.
— Вижу, — сухо отозвался я, с огромным трудом разжимая онемевшие пальцы. — Идём дальше…
Следующим испытывать удачу Ги.
Гоблин уставился на змеящийся вдоль стены карниз с тем первобытным ужасом, с каким приговорённый рассматривает эшафот в день собственной казни. Губы зеленокожего беззвучно шевелились в неслышной молитве, короткий лук он судорожно прижимал к груди, и я буквально физически ощущал, как его крошечный мозг перебирает фантастические варианты перемещения по воздуху. К великому сожалению для Ги, рядом возвышался я — человек крайне недобрый, смертельно уставший и жизненно заинтересованный в сохранении его навигационных функций до конца маршрута.
— Сделай шаг, — процедил я, наматывая на кулак освободившийся ремень.
Он обречённо переставил корявую ногу.
— А теперь второй шаг, и желательно в том же направлении.
— Ги может идти сам, добрый хозяин, — жалобно пискнул он, бросая на меня умоляющие взгляды.
— Я ни секунды в тебе не сомневаюсь, и именно поэтому натягиваю этот чёртов ремень.
Гоблин обиженно засопел приплюснутым носом, преодолел ещё пару метров и на самой середине маршрута предсказуемо потерял сцепление с камнем. Он не рухнул в пропасть сразу, но левая нога поехала в пустоту, заставив уродца пронзительно взвизгнуть и отчаянно заскрести грязными ногтями по мокрой скале. Я резким рывком дёрнул страховку на себя, Зэн сзади немедленно добавил мышечной тяги, а стоящий на той стороне Неун спокойно вытянул вперёд свою длинную алебарду. Гоблин мёртвой хваткой вцепился в подставленное древко, повиснув над бездной жалким скулящим комком.