После Черненко — Горбачёв. Март восемьдесят пятого. И тогда начнётся.
Перестройка. Гласность. Кооперативы. Свобода торговли. Развал системы, которая казалась вечной. Развал страны, которая казалась нерушимой. Девяносто первый год. Распад. Хаос. Свобода, которая для одних станет возможностью, а для других — катастрофой.
Я знал это расписание. Знал каждую дату, каждый поворот, каждое имя. Знал, что впереди — не «светлое будущее» и не «тёмные времена», а то и другое одновременно: годы, в которые одни станут миллионерами, а другие потеряют всё; годы, в которые свобода слова и свобода воровства придут одним пакетом; годы, в которые деревни вроде Рассветово либо выживут, либо вымрут, и разница между выживанием и вымиранием будет определяться одним: есть ли человек, который знает, что делать.
Я знал, что делать.
Не потому что гений. Потому что жил в мире, который прошёл через всё это и сделал выводы. Выводы были простые: диверсифицируй, кооперируйся, строй бренд, держи документы в порядке, не завись от одного покровителя, вкладывай в людей. Простые выводы, которые в двадцать первом веке любой студент бизнес-школы расскажет за пять минут. Но в восемьдесят третьем году, в Курской области, в деревне Рассветово, эти выводы были оружием массового созидания.
Андропов — окно. Пятнадцать месяцев, в которые можно укрепить фундамент. Расширить сеть (четвёртый узел, пятый). Довести переработку до масштаба, при котором она станет самостоятельным бизнесом (когда Горбачёв разрешит кооперативы, Антонина будет готова в первый день). Подготовить Мишку (политехнический, диплом, инженер, будущее). Дать Андрею вырасти (помощник бригадира, потом координатор, потом что-нибудь ещё). Удержать Кузьмича на тридцати пяти (или тридцати шести, или тридцати семи; Кузьмич не остановится, потому что Кузьмич никогда не останавливается).
Черненко — пауза. Тринадцать месяцев тишины, в которые ничего не изменится, но и не разрушится. Тринадцать месяцев, чтобы закончить начатое при Андропове.
Горбачёв — буря. Буря, к которой нужно быть готовым. Не «выжить», а «использовать». Кооператив Антонины. Магазин в райцентре. Может быть — два. Может быть — сеть. «Рассветовское» как торговая марка, зарегистрированная, защищённая, узнаваемая. Фермерское хозяйство на базе колхоза, когда колхозная система начнёт трещать. Земля в собственности (или в аренде, или в пользовании, зависит от того, как пойдёт земельная реформа). Техника в собственности. Переработка в собственности.
Холдинг. Агрохолдинг «Рассвет». Через десять лет. Через пятнадцать. Через двадцать.