— Капитан, вам необходим длительный отдых для восстановления. У вас классические симптомы отравления угарным газом средней тяжести: головная боль, тошнота, раздражительность, эмоциональная нестабильность…
— И расстройство памяти, — закончил фон Хартманн. — Доктор, а теперь перелистайте ваш справочник на несколько глав дальше и поищите там симптомы отравления кислородом. Это раз. Два — поищите у себя на полке хоть что-нибудь про хронические неврозы у глубинников.
— А что, у вас… — начала было докторша.
— Акустик — командиру! Шум винтов по пеленгу два-два-девять. Цель групповая, дистанция не меньше десяти миль!
— Все, после боя поговорим! — Ярослав поднялся с пуфика, тут же покачнулся и торопливо схватился за край распределительного щита. — Все по местам! По местам, я сказал! Акустик — данные по цели?
— Их много…
Когда Верзохину «накрывало» родовым даром, голос у неё чуть менялся. Совсем незначительно, только фрегат-капитан уже научился распознавать эту тонкость.
— Их?
— Живые. Тревога. Скука. Страх. Ожидание. Палитра эмоций, как многоцветная радуга. Сияет издалека. Переливается множеством оттенков. Красиво, — с ноткой удивления закончила штурман.
— Акустик?
— Сближаемся… пятнадцать узлов, не меньше.
«Всё же доктор в чём-то права», — задумался Ярослав, когда перед его глазами дрогнула и «поплыла», делясь на две половины картинка. Галлюцинации, это ведь симптом… чего? Забыл. Ну и не важно. Главное-то в голове осталось. Главное…
Он пару секунд еще покатал новую мысль в голове, словно горячую картошку с руки на руку перебрасывал. Много людей, идут курсом сближения, пятнадцать узлов. По нормальной военной логике этого просто не могло быть. Но и древнее темное божество тоже в нормальную логику не укладывалось. Возможно, эти две невероятности как раз взаимно уравновешивались.
«Как-нибудь потом я об этом подумаю», — решил фон Хартманн. Говорят, в старости глубинники могут стать хорошими философами — просто ещё никто из них так и не смог прожить достаточно, чтобы проверить это утверждение на истину.
— Боевая тревога. Все по местам. Глубина перископная, средний вперед.
Всплыть, поднять радар? Одиночный импульс могут и не заметить. Здешние воды у конфедератов числятся тыловой зоной, хоть и ближней. Полагаться только на пассивную акустику рискованно, с такой быстрой целью у них лишь один шанс, догнать уже не выйдет.
— Что ты задумал, Ярик?
В какой момент в отсеке оказалась Анга, фрегат-капитан так и не понял. Вроде бы её не было, а вот уже знакомый терпко-пряный запах чувствуется даже напрочь отбитым гарью носом.