Огонь вспыхнул напоследок и начал опадать, облизывая блестящую металлическую шкура, с которой от жара слезла чешуя. Ну или там была ртуть, если не какая-нибудь иная хрень с припиской «альфа». Тут к гадалке не ходи, то есть чуйку не допытывай, это точно огромный острохвост. По обгоревшим тушкам стальных ящерок на нас пёрла их отмасштабированная копия. Морда и челюсть такая, что баскетбольный мяч пролез бы. На подбородке, закрывая шею, болтался кожный мешок таких размеров, будто мяч там уже проглочен и застрял. Из приоткрытой пасти широким потоком тянулась густая слюна, похожая на расплавленный воск. Когда она падала на огонь, тот с шипением гас.
Появилась лапа с длинными когтями стандартными для рептилий, хотя вот большой как-то чересчур искривлён был и оттопырен в сторону. Сомнительно, что твари с такими когтями удобно бегать, зато сразу стало понятно, что за кусачки откусили руки толстяку.
Картину дополняли шипы на шкуре монстра, растущие, как мне показалось, отовсюду. Один ряд шёл по челюсти, второй по голове, третий там же, а за ним и четвёртый, так далее. Шипы переходили на спину, бока и лапы. Что-то похожее я на Земле видел — только там такое называли «бородатая агама». Они с кошку размером и такие же ласковые, хоть и колючие.
— Блин! — расстроилась Оса. — Если эти малыши в такое вырастают, то, может, мне и не нужен такой питомец…
На этих словах вжикнул арбалет и болт, заряженный взрывным геномом, устремился в нору. Но взрыва не произошло. Здоровая и не особо поворотливая на вид рептилия неожиданно резко дёрнула мордой и плюнула мутным сгустком прямо навстречу болту. Наконечник влетел в непонятную массу и застыл в ней, как в каком-нибудь гидрогеле. Потерял скорость, рухнул на пол и только тогда взорвался. Тихо, скромно, без огня, только вязкая субстанция в разные стороны разлетелась, забрызгав нас ошмётками.
Отличная, блин, реакция! Хотя, наверное, мух-то они как-то ловят? Только лучше бы она болт съесть попробовала, а не плюнуть на него.
Чуйка работала на полную, но убойных зон пока не находила. Мы пятились, рассчитывая, что альфа-острохвост выберется полностью и каким-то чудом подставит нам брюхо. Купер на ходу умудрялся ещё и столы переворачивать. Монстра они не остановят, но плевок — должны. Словить такой в лицо совсем не хотелось.
— Сумрак? — позвал Купер. — Какой у нас план? Уходим от этой образины?
Вместо меня ответил монстр. Обиделся, наверное, на «образину». Мешок под его челюстью заходил ходуном, и тварь изогнулась, будто её сейчас вырвет. Хотя почему «будто»? Его и вырвало! Из пасти вылетела плотная мутная «жвачка» и сразу начала раскрываться и растягиваться, словно ловчая сеть. Край этой массы задел стол, за которым прятался Купер, но основная часть пролетела мимо нас.