Прям очень шустро не получилось — потолок низкий. Мне пришлось идти на полусогнутых, и при этом стараться не поскальзываться на трупах. Особо живучих пришлось добивать. Позади появилась новая партия, но либо у медведок отсутствовала связь со стаей, а память была, как у рыбок, либо меня скрыла «Маскировка», а они без колебаний принялись хрустеть своими же товарищами.
Хруст и шорох заполнили весь тоннель, но, уже будучи у выхода, я смог высветить только блестящие затылки. Геномов у медведок не было, ни один панцирь не подсветился, не выдав даже крошек гнили. Видать, маленькие ещё совсем, жирка не нагуляли. Но к приходу повстанцев должны отъесться — кормовой базы я им достаточно накрошил.
Я быстро зарядил два магазина, искоса поглядывая на одинокого монстра поблизости. Он то ли сам перебрался через трупы, то ли его банально вытолкнули свои же. Он пока ко мне не побежал, увлеченно раздирая панцирь товарища.
Убедившись, что меня не побеспокоят хотя бы некоторое время, я схватился за скобы и полез наверх. Замер на верхней ступеньке, прислушиваясь к ощущениям. На поляне уже никого не осталось.
Рядом с машиной натоптали следов. По дороге разрозненная группа геномов приближается ко мне. Возможно, кто-то там и был опасным, но шакрас отнёсся к ним более чем презрительно. След удаляющегося врага и тот взволновал его больше.
Я высунулся из люка и сразу же заметил гигантских медведок, за которым машину толком не было видно, и ещё мелких, валяющихся поблизости. Правда, мелкими они выглядели только на фоне гигантов. Так-то они раза в четыре переросли тех, кого я только что накрошил в бункере. Все — мертвы. У крупных ряд ровных отверстий в панцире, будто они попали под гигантскую швейную машинку. Мелких просто так поломали, отрывая конечности. Пара голов валялась отдельно.
М-да, кто-то здесь оторвался в прямом смысле слова. Кажется, я знаю, кто это. На пыльном лобовом стекле пальцем вывели счёт. Слева крупная семёрка, потом двоеточие и цифра один справа. Типа счёт: семь — один.
Интересная математика у Осы, только не очень понятно, в чью пользу.
Я пересчитал трупы, разбросанные вокруг машины. Крупных набралось меньше семи, а если с остальными, то сильно больше выходит. Если в штуках считать, то не сходится. Но если рассуждать, что я ей спас жизнь, а она мне машину, то побеждать должен я. Даже с учётом того, что после потери машину я задолбался бы пешком идти через Дикие земли.
Но почему именно семь? Я, конечно, люблю загадки, но не в таких ситуациях. По мне, так можно было бы просто поговорить, а может, и выпить за встречу. Я же не ради награды её спасал. Но видимо, она не могла так просто. Может, не хотела чувствовать себя обязанной и выступать с позиции жертвы? Или это очередной особый «путь» хищника?