— А Перренель? — спросил я.
— А он настолько сильно любил Перренель, что она ощущалась им, словно часть собственной души. Так что да, он смог даровать бессмертие той, кого любил. Возможно, будь у него дети… Но детей у них не было.
— Ну, тогда это точно Дамблдор и Гриндевальд, — быстро сказал я. — Они ведь любили друг друга… Вроде бы… И вряд ли Дамблдор доверился кому-то другому настолько сильно. Да и не стал бы его сообщник работать без выгоды…
— Почему? — хмыкнула Геката. — Золотом-то можно наделить кого угодно. Так что не делай поспешных выводов.
— Не буду, — согласился я. — Но что делать, чтобы помочь Мицару? Бросить в него Аваду Кедавру, чтобы убить крестраж?
Геката покачала головой:
— Ненадёжно. Так можно убить не только крестраж, но и мальчика.
— Извините, — повинился я, — глупость сморозил. Но как спасти Мика?
— Я могу помочь, — грустно улыбнулась Геката. — Но для этого… Поверь, это не я придумала…
— Что? — торопливо спросил я. Мне показалось, что Мицар в своём сне стал как-то… беспокойнее?
— Для того, чтобы уничтожить крестраж мне потребуется на несколько мгновений стать материальной. А для этого нужна жертва. Несколько месяцев твоей жизни, Гарри. Два, три, четыре… Не могу сказать точно… Это время выпадет из твоей жизни. Ты будешь в состоянии, подобном магической коме.
Я вздохнул. В кому не хотелось категорически, но раз уж другого выхода нет…
— Надеюсь, это не последние месяцы моей жизни… — неуклюже пошутил я.
Геката пожала плечами. Блин, что-то мне страшновато… Ох, надеюсь, что не проснусь в гробу… или как там хоронят волшебников.
— Ты можешь отказаться, — напомнила Геката. — Я могу вывести тебя отсюда. Я даже могу приглушить… ослабить обскура, ты не пострадаешь.
— А Мицар всё равно погибнет, да? Если я не соглашусь?
— Да.
Ну, вот и всё. Ненавижу ситуации, в которых есть только выбор между правильным и правильным. Потому что другой выбор — это и не выбор вовсе.
— Я согласен, — сказал я. — Делайте всё, как нужно, только спасите Мицара.
Геката бледно улыбнулась, и передо мной привычно сгустилась тьма.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
*Автор в курсе, что Перренель (Пернелла, Пернелль) Фламель была «женщиной зрелых лет и дважды вдовой» к тому моменту, когда Николя на ней женился. Но автор имеет право на художественный вымысел.
**«Завещание» — Согласно легенде первая версия завещания была записана Фламелем в виде шифра на полях карманной псалтыри. Ключ от шифра Николя передал своему племяннику. Фламель описывает этапы приготовления философского камня. Данное завещание с рецептом можно найти в открытом доступе в интернете. Само завещание обращено к племяннику Николя. Фламель говорит, что он унесёт рецепт приготовления камня в могилу и просит так же поступить своего племянника.