— О нет, ваше сиятельство — не извольте беспокоиться. — Я махнул рукой. — Это друзья. И самые надежные люди во всей Империи — даю вам слово. Впрочем, уже скоро вы убедитесь в этом сами.
Дверца черного джипа распахнулась, и наружу из машины выбрался рослый и плечистый мужчина с окладистой седой бородой. А за ним — еще один. Тоже богатырского сложения, но чуть ли не вдвое моложе. Отец и сын. До этого мне приходилось видеть обоих только на фотографиях, однако я узнал бы их и так — фамильное сходство с моим товарищем бросалось глаза с первого взгляда.
— Так… Господи, да сколько же их там? — Поплавский встал рядом и даже слегка оттер меня от окна. — Только не говори, что это…
— Камбулатовы, — усмехнулся я. — Тридцать шесть представителей славного рода князей Камбулатовых. С друзьями и родственниками их было бы раз этак в десять больше, поэтому я попросил остальных провести еще неделю в Новгороде… Ну же, не стой столбом. — Я ткнул Поплавского локтем в бок и указал на знакомую фигуру у капота «Икса». — Пойдем, обнимем старого друга. Ты ведь наверняка уже успел соскучиться.
Некоторых жизнь ничему не учит. Некоторые, получив пару раз по носу, становятся чересчур осторожными. Начинают дуть даже на замерзшую воду, перестраховываются, готовятся к совсем уж фантастически-паршивым вариантам развития событий и в конце концов сами связывают себя по рукам и ногам, превращаясь в вечно встревоженных полубезумных параиноиков, неспособных на элементарые действия. Такие люди нечасто проигрывают — только лишь потому, что не начинают играть, заведомом отказавшись от любых призов, которые своенравная фортуна порой подбрасывает.
Но подбрасывает смелым.
Я же имел достаточно оснований считать себя одним из тех счастливчиков, кто умеет делать нужные выводы из собственных ошибок и… скажем так, не делать всех остальных. Самонадеянный просчет, который закончился пленением младшего Гагарина, заставил меня уделить побольше внимания конспирации и маршрутам в городе.
Но намертво запереть на даче под Приморском, конечно же, не смог. И когда настало время снова прогуляться в столицу, я натянул новую личину и отправился в путь.
С такой группой сопровождения, что рядовые граждане предпочитали обходить нас стороной, а полиция и гвардейцы неодобрительно качали головами, хмурились, однако даже не пытались остановить дюжину парней в кроссовках и спортивных костюмах.
Из которых я, пожалуй, был самым неубедительным и худосочным. Короткие стрижки, бороды, суровые взгляды темных, как южная ночь, глаз и сросшиеся над переносицей густые брови. Камбулат с братьями и прочей родней — лучшей охраны и по совместительству маскировки я не мог и придумать.