Хотелось бы мне, чтобы неподвижные Стражи хоть как-то отреагировали на мои слова, но над трибунами стояла тишина. Я даже не уверен, что мой голос долетал до них, хотя старался говорить громко. Мне ответил лишь Ваз:
— Непосильная ноша даже для него. Пожалуй, лучше бы ему было отступить.
— Возможно. Но, скорее всего, у него не оставалось выбора. Последние недели Гравой обнаружил изменения в Великом заклинании.
— Ты считаешь, что не он, надзирающий за ним, был причиной этих искажений?
Голос прозвучал так, словно говоривший стоял на расстоянии шага от меня. Но это явно голос с трибун. Я снова развернулся к ним, покачал головой:
— Нет. Перед тем как уйти в небытие, Гравой рассказал мне, как всё случилось. И пообещал, что его сердца хватит, чтобы от этих слов не отмахнулись.
Сказав это, я и вытащил из сумки сердце Гравоя. Шар из овеществлённых потоков магии, в котором за дни пути я не обнаружил ни грана материальной основы. Стражи по-прежнему молчали. Они казались мне статуями, расставленными тут и там по какой-то странной прихоти создателя этого места.
— Гравой обнаружил изменения Великого заклинания. Он считал, что дело в оазисах, а на деле были использованы Костуры.
Молчание встретило и эти мои слова. Я до сих пор не знал, чем являлись Костуры в самом начале создания этого пласта Астрала, но надеялся на то, что это слово хоть как-то зацепит Стражей. Я на миг сжал зубы. Истуканы. Хорошо!
— Гравой считал, что это сделали «затворники».
Чужой голос оглушил, отразился от трибун многократным эхом. Казалось, что кричали десятки голосов:
— Бросаться такими словами легко.
За меня ответил Ваз:
— Гравой посчитал его достойным доверия.
— Как пожелаешь, — согласился невидимый. — Но Костуры почти рассыпались за эти столетия. Им не под силу исказить пространство. Не хочешь больше ничего добавить, гардарец?
Хотел. Я был уверен, что со мной говорит страж в фиолетовом. «Затворник».
— Вы искажали Великое заклинание.
— Ты обвиняешь? Может быть, ты можешь сказать и кто именно из нас этим занимался?
Я, оглядывая трибуны, признал очевидное:
— Не могу.
— Потому что это ложь. А вот следы неуклюжей гардарской магии в руинах Костуров остались.
Так, значит, кто-то нашёл места, куда переносился Ильмар. Я заявил:
— Вы обманули одного или нескольких магов, подсказали им, что и как делать. Действовали их руками.
— Смешная история. Продолжай.
Я снова оглядел трибуны. Почему этот неведомый Страж так спокоен? Разве есть разница, прямо действовали «затворники» или нет? Облизал губы и постарался, чтобы мой голос звучал уверенно: