— Она пропустила мою защиту, — он говорит о матери, — и привезла вина, чтобы помириться. — Добавляет настороженно: — Сразу отмечу: это не травма, я не живу обидой на родителей или что-то в этом роде. Всего лишь хочу сказать, что эта бутылка не связана с чем-то славным. Ее давно пора было выпить. В следующий раз только попроси, я тебе открою.
Он решил, что я так расстроилась из-за выпивки.
— Я умею сама.
— Не сомневаюсь, что ты большой спец во всем, что касается вина. Но так будет правильнее.
Пренебрежение в голосе слегка царапает, но я вспоминаю Марата, отдаленно схожую ситуацию, и решаю не вести себя как подросток.
— Дело в твоем воспитании, да? — киваю понимающе. — Не чувствуешь себя мужиком, если девушка от тебя уезжает на такси или сама открывает себе вино?
— Как быстро ты определила мои больные точки и триггеры, — наконец, присаживается на барный стул, и мы оказываемся еще ближе друг в другу с бокалами красного сухого.
— Я большой спец всего, что касается вина и мужиков, — поднимаю бокал.
— Как удачно я женился. Научишь меня чему-нибудь? — расплывается в белоснежной улыбается и чокается.
Не могу удержаться и тоже улыбаюсь.
— Но не саун, — строго напоминаю.
— Да я счастливчик.
Прыскаю, и всеми клетками тела это чувствую. Искры между нами.
— Я не собираюсь специально обижать тебя, Карина, — говорит он тише. — Ты славная и очень красивая девушка, а я в последние месяцы слишком много работаю, чтобы оставаться приятным собеседником.
— Ни разу не слышала, чтобы кто-то сказал, что однажды ты был приятным собеседником. Не считай подкастов, где ты выступаешь как эксперт, хотя там ты тоже не то, чтобы душка. Не понимаю, почему у тебя столько фанатов.
— Мой тип внешности неплохо смотрится в кадре, — запросто подмечает он.
Что-то падает, я дергаюсь, но это всего лишь Флеминг уронила пульт от камина. Данияр тут же встает, поднимает пульт, включает камин, и возвращается ко мне.
Теперь в гостиной еще уютнее. И сильнее хочется на ручки.
У Данияра ровные длинные пальцы. Ладони на вид жестокваты для ученого, так и не скажешь, что этот человек работает исключительно головой.
— Значит, считаешь меня красивой? — вкидываю смело.
— У меня же есть глаза.
Опускаю глаза и внимательно рассматривая рубиновую жидкость в бокале.
— Давно расстался с девушкой?
— Около полугода назад.
— Скучаешь по ней?
— Знаешь, мне не до скуки.
— То лисы, то кошки?
— Ты львицы-тигрицы.
Он практически не пьет, и я не настаиваю — в случае нападения новой стаи нам нужен кто-то трезвый. Не знаю, что вкололи Флеми, но она странно мурлычет. У меня же голова слегка кружится.