Но спросила я, конечно же, не об этом.
— Вы готовите нас вовсе не из-за разрыва и прорывающейся нечисти. Так ведь?
Генерал поднял с земли плоский камешек, повертел в пальцах и швырнул вниз по склону. Мы оба проводили его взглядом, пока он не затерялся в жухлой траве.
— Нечисть… Они всего лишь пена на гребне волны. Первый признак того, что течение в глубине сменилось.
— Говорите так, словно нам предстоит очищать саму Бездну.
Он не ответил. Тишина затянулась. Я поняла, что разговор окончен, и поднялась.
— Не буду вас больше беспокоить, сэр. Позвольте идти?
Кассел кивнул и я развернулась к нему спиной, сделав два шага в сторону академии.
— Месяц, — раздалось за спиной.
Я замерла, не дойдя до края внутреннего двора. Каблук сапога скребнул по каменной плитке.
— Я не спал месяц, когда впервые потерял своих людей.
Он не смотрел на меня. Его взгляд был устремлен туда, где край восточной стены купался в первом золоте.
— Я знаю какого это, терять близких тебе людей. Знаю какого это, когда видишь их лица, стоит лишь прикрыть глаза. Но… Мир не дает тебе разрешения остановиться и просто… гнить изнутри.
Я медленно выдохнула, и пар от дыхания смешался с утренним туманом, стелющимся у ног. Мне вдруг стало неловко за свою слабость. Стыдно за разбитые костяшки, которые сейчас пульсировали болью в такт сердцу. Генерал, потерявший, должно быть, сотни бойцов за свою жизнь, сидит на холодной земле рядом с девчонкой, которая за две недели войны уже готова расклеиться. С девчонкой, которая возомнила из себя воина …
Я сжала разбитую руку в кулак ещё сильнее, позволяя новой порции крови просочиться сквозь пальцы.
— Но я пришел сюда не жалеть тебя, — он наконец повернул голову, — Твоя магия, твой дух … Ты лепишь жизнь из света и воздуха. Ты чувствуешь больше других. Пропускаешь боль каждого удара через себя. Таким сложнее всего. Но именно такие, как ты, нужны мне. Нужны в бою.
Зачем, дядя Эрн? Зачем …
Меня подбросило с кровати. Ноги сами понесли по комнате.
«Это ложь, которую она носит в себе вместо моей крови…»
Я резко остановилась, схватившись за спинку стула. Пальцы впились в отполированное дерево. Мне казалось, я сейчас задохнусь.
«Вместо моей крови»
Я с силой толкнула стул. Он с грохотом опрокинулся на каменный пол. Этого было мало. Я снова заметалась по комнате.
Запустила пальцы в волосы, с силой оттягивая пряди у корней, будто физическая боль могла заглушить ту, что разрасталась в груди. Не помогло. Я сжала кулаки еще сильнее, чувствуя, как дрожат руки, и снова зашагала по кругу, вколачивая пятки в камень.