— Клад? — предположила я, и сразу же почувствовала себя дурочкой.
Фенька на это только фыркнула и пошла в сторону курятника.
— Возможно. Или источник. Твой необычный дар, связь с землёй… может, это не просто так? Может, ферма «Серебряный Ручей» и раньше была необычной?
— Ладно, — я твёрдо положила травы на крыльцо. — Сначала дело. Потом разгадки. Ардан, давай столбы ставить.
Мы взялись за работу. Забивать столбы было тяжело, физически, и это хорошо — не оставалось сил на панику. Я держала, Ардан бил кувалдой. Каждый удар отдавался в ладонях. Земля здесь была мягкой, податливой. Слишком податливой?
Но мысли не уходили. Они крутились, как назойливые мухи, вокруг слов Агаты. «Она что-то искала. Копала».
— Ардан, — вырвалось у меня, когда мы собирались устанавливать следующий столб. — Я не могу работать.
Он поставил кувалду на землю, выпрямился, смотря на меня.
— Роза, — продолжила я, сбивчиво, пока мысль не улетела. — Что она могла искать? Зачем ей было копать, если она, по всем рассказам, и лопату в руках держать не любила? Но что она искала? Клад? Или… или что-то, что связано с этой силой в земле?
Я махнула рукой, охватив взглядом поле, дом, весь этот огромный и внезапно ставший чужим и загадочным мир.
— Как мы это узнаем? Раскопать всё подряд? Обшарить каждый угол? У нас нет на это ни времени, ни… ни понимания, с чего вообще начинать.
Ардан молча вытер пот со лба рукавом. Потом его взгляд скользнул за мою спину, к курятнику, где Фенька с важным видом что-то выговаривала притихшему петуху.
— Начинать надо с очевидного, — сказал он наконец, и в его голосе послышалась знакомая, расчётливая нота. — С единственного источника информации, который был здесь всё это время. И который, я уверен, не всё рассказал. Даже если сам об этом не догадывается.
Фенька почувствовала наш взгляд на себе, обернулась, насторожила уши.
— Чего уставились? — донёсся её сердитый крик. — Работать надо, а вы тут глазеть изволите!
— Фенька, — позвал Ардан, не повышая голоса. — Иди сюда. Нам нужна твоя помощь.
Коза нехотя оторвалась от птиц и подошла, недовольно цокая копытами.
— Что опять? Я же уже сказала, в суд пойду, если надо. Большего от меня не требуйте.
— Мы не про суд, — я присела перед ней, чтобы быть на одном уровне. — Про Розу. Что она искала? Зачем копала?
Фенька замерла. Её умные глаза сузились. Она смотрела куда-то мимо нас, в прошлое.
— Копала, — наконец сказала она неохотно. — У старой яблони, что на краю оврага. Три ночи подряд. Потом плевалась, ругалась. Говорила, что «старая карга всё унесла с собой». А потом… потом пить начала, да через неделю сбежала.