— Это да! Всё вокруг пытается тебя убить… — закивал Фенрир, бросив взгляд на чёрное небо.
— Меня?! Почему только меня?! — ужаснулась Ильва, прижав руки к груди.
— Сама посуди… Медведь, дикие пчёлы, команда Нагльфара, мертвецы выжженого мира, призрачные морские нити — все они желали твоей смерти. Многовато врагов для одной вёльвы, тебе так не кажется?
— Нагльфар приплыл за тобой! Не за мной!
— Разве? Мне показалось, что драугры хотели добраться до твоей шеи. А я просто стоял на пути.
— Это неправда! Или… нет… но почему?.. — протянула Ильва, сжавшись и сильно побледнев.
— Вот и я хочу это знать. Чем ты так всем насолила? Особенно мертвецам?
— Я ничего не делала, честно…
— Хм, может, ты просто не помнишь?
— Я… я…
Ильва всхлипнула и опустила плечи. Она казалась такой печальной, что у любого увидевшего её личико защемило бы сердце.
Фенрир пригнулся ниже и успокаивающе проговорил:
— Ладно уж, не грусти. Возможно, я просто ошибаюсь. Но даже если нет, то мы со всем справимся, вместе. В конечном итоге мы не обычные люди. Я — огромный волк, сын бога Локи. А ты — вёльва из Ванахейма, способная повелевать временем.
— Ты уверен, что всё будет хорошо? — с надеждой спросила Ильва, она хотела услышать утвердительный ответ, даже если он был ложью.
— Конечно! В самом худшем случае мы просто умрём…
— Эй! Такое себе утешение! Попробуй лучше!
— Зачем? Мне кажется, что звучит неплохо. Причём часть этих слов можно выбить на наших надгробиях…
— Но я не хочу умирать! Хочу жить! Счастливо! С тобой!
— Что? — удивлённо переспросил Фенрир.
— Ну… я не про это… просто… рядом быть… друзьями… — сбивчиво пробормотала Ильва, пряча краснеющее лицо.
— А прозвучало немного иначе, словно ты…
— Ой! Да ну тебя! Больно надо мне с тобой детишек заводить!
— Каких ещё детишек?! — ошарашенно выпалил Фенрир, замерев на месте.
— Никаких! Слышишь?! Совсем никаких! Так просто ляпнула! Плохо мне, голова кружится, язык не слушается! Брежу я! Просо брежу! И вообще, следи лучше за курсом! Нашёл время болтать!
Ильва закусила губу и спрятала лицо в коленки. Если бы её стыд можно было увидеть, то он заполонил бы драккар и потёк через борта.
А тем временем буря становилась всё свирепее. Тяжёлые тучи нависали над морем, страшно раздувались, кружились в хаотичном танце. Ветер уже не просто стонал в канатах, а сбивал с ног. Молнии стали злее и многочисленнее. Они били всё ближе к драккару, словно желая разорвать его на куски.
— Не нравится мне это… — проговорил Фенрир, вглядываясь в беснующееся небо.
— Что? О чём ты? — спросила Ильва, оторвав от коленок всё ещё красное личико.