— Понял, — понурившись, выдохнул казак, успевший растерять свой пьяный задор.
— Десятник, просьба у меня есть. Ты уж о его неповиновении страже не говори. Добрый казак и рубака славный. Многих басурман к их Аллаху на свидание спровадил.
— Ну, коли беспокойства более не доставит, так и бог с ним.
— Не доставит. Петр, слыхал ли? Я за тебя поручился.
— Да слыхал я, атаман, слыхал, — раздосадованно махнул рукой казак, передал оружие товарищу и, понурившись, встал под стрелецкий караул.
Иван проводил взглядом обе группы. Стражников, направившихся к городскому острогу, устроенному при съезжей избе воеводы, специально для изоляции дебоширов. И казаков, прошедших в тот самый кабак, откуда и выкатился дебошир.
Н-да. Керчь уже давно пришла в упадок. К тому же неоднократно подвергалась разграблению со стороны донцов. Когда же город захватили русские войска, большинство жителей предпочли его покинуть. По сути, тут осталось только христианское население. Причем лишь та его часть, что не была замарана работорговлей.
Нет, русских не удивить этим промыслом. Но ведь в Крыму в большинстве своем торговали именно православными рабами, захваченными татарами и черкесами в бесконечных набегах. И вообще, несмотря ни на что, на Руси такое понятие, как работорговля, все же отсутствовало. А потому и торговцев невольниками не привечали.
А все началось год назад. Да, именно так. Весной прошлого года Иван во главе своей сотни захватил две каланчи, стерегшие проход по Дону. Потом последовала осада Азова, продержавшегося меньше двух месяцев. Так уж вышло, что русские совершили невозможное. Не имея собственного флота, уничтожили турецкую военную флотилию в Азовском море.
Славное вышло дело. Турки расположились слишком тесно, в результате чего большинство их судов попросту сгорело. В этом бою казакам помогали и стрельцы Измайловской сотни. Дюжина добровольцев под командованием двух полусотников, решивших отличиться. Н-да. Отличились.
Нет, что касается Кузнецова, то тут все в порядке. Ему царь даровал пять семей кабальных и довольно обширные угодья в окрестностях Азова. После капитуляции гарнизона города Ивану пришлось отпускать офицера, дабы тот мог заняться обретенной вотчиной. Тот только пару недель как вернулся на службу.
Гуляеву же не повезло. Шальная пуля угодила в баллон с огнесмесью как раз в тот момент, когда они поливали жидким пламенем уже вторую галеру. Страшной смертью погибли все, включая полусотника. Ну что тут скажешь, военное счастье переменчиво.
Как только город пал, Николай по совету де Вержи, а по сути, Ивана, отправил экспедиционные силы для захвата Керчи. Городок взяли с ходу. Тут и сопротивления-то, считай, никто не оказывал. Турецкий гарнизон поспешил ретироваться в степь, едва на горизонте появилась русская флотилия, состоявшая из флагмана «Орел» и полусотни стругов. Следом же за янычарами дало деру и остальное население, не готовое жить под рукой русского царя.