Княжна слегка покраснела от смущения.
— Вы меня опередили, но спасибо за такие тёплые слова, — произнесла она, стукаясь со мной бокалом. — Следующий тост за мной.
— Кого сегодня будешь резать, мясник? — услышал я голос Донского, кажется он уже был под шафе. — Эй, я к тебе обращаюсь. Софья, бросай его, иначе он и тебе скоро вырежет сердце.
— Веди себя подобающе, Коля, — строго произнесла пожилая женщина, подходя к нему с бокалом. Видно, его матушка.
— А я что сказал? Всего лишь правду, — хохотнул Донской. — Ладно… Ч-чёрт с ним!
— Вот же сучий потрох, — злобно улыбнулся я, сдерживая просящиеся наружу резкие слова.
— Так и есть. Поддерживаю, — улыбнулась Софья. — Теперь моя очередь. За лучшего лекаря Империи и его профессиональный рост. За его потрясающий талант и притягательность.
Мы чокнулись, я глотнул шампанское, затем услышал тихую музыку. Оказывается в стороне была небольшая сцена. Там уже стоял небольшой оркестр из четырёх человек. И музыка была похожа на Металлику, только в симфонической аранжировке.
— Красивая мелодия, — заметила Софья и показала бокалом в сторону двух пожилых мужчин в тёмных деловых костюмах. — А вон те самые целители, о которых я вам говорила.
— Лисовский и Сметанников, — вспомнил я и узнал в одном из мужчин того самого старика, который инспектировал не так давно нашу клинику.
— Да, в среде аристократов их называют светилами отечественного целительства, — заметила Софья.
— Даже так, — хмыкнул я. — Тогда я просто обязан с ними побеседовать, но чуть позже.
Я заметил Донского, который что-то резкое сказал своей пассии, затем подошёл к музыкантам, что-то им сообщил, и те перестали играть. Следом граф снял со штатива микрофон, поднялся на мостик, явно, чтобы его видели все.
— Минуточку внимания! — постучал он микрофоном по бокалу. — Я хочу поднять тост за того самого мясника, который именует себя лекарем! За его везение! — А ну слезь оттуда, — подскочил к нему седой мужчина. — Ты что говоришь⁈
— Пусть говорит! — воскликнул кто-то с другого края стола. — Дайте графу высказаться!
— Я почти закончил! — выкрикнул улыбающийся Донской. — Барон Логинов разрезал грудную клетку наследнику Меньшиковых, будто тот подопытный кролик! Да-да! Мало кто знает…
Внезапно яхта дала резкий крен влево. Донской попятился, и бокал выпал из его рук, улетая за борт. Граф полетел следом.
За бортом раздался громкий всплеск.
— Ох, что же будет? Неужели утонет? — шокированным голосом произнесла Софья.
Многие кинулись к борту. Зазвучал свисток.
— Спасите моего сына! — закричала накрашенная полная женщина в тёмном платье. — Он не умеет плавать! Быстрее!