— Тэ-э-экс… Посмотрим, что с этим можно сделать, — задумчиво протянул я, беря с верстака чёрный кусок металла.
Провалившись на нижний уровень Чертогов Разума, я призвал перо феникса, заставив его плясать в воздухе. Каждый взмах пера создавал сотни рун, ложащихся на полотно чёрной стали.
— Стабилизатор потоков маны, защитный контур, силовые линии, ага… А теперь… Теперь нужно создать ячейку для элемента питания…
На этом моменте мне пришлось воспользоваться всеми знаниями, накопленными за долгую жизнь. Я выводил сотни рунических символов, прорезал причудливые силовые каналы лишь для того, чтобы создать возможность подпитывать артефакт с помощью Слёз Мироздания.
Скажете, что за чушь? Многие используют Слёзы в качестве элемента питания. Так-то оно так. Вот только Слёзы до ужаса нестабильны и зачастую впаиваются в сам артефакт. Мне же нужно, чтобы жемчужинки выступали в роли батареек. Вставил её в артефакт, она отработала своё, истощив запас энергии, выбросил и вставил новую.
Руны вспыхивали в воздухе ярким золотистым светом, медленно опускались на поверхность металла, прожигая в нём ровные, чёткие символы. Воздух в кузнице дрожал от напряжения, вокруг заготовки артефакта струились потоки маны, а температура в помещении ощутимо поднялась.
Закончив работу, я внимательно осмотрел результат своих трудов и удовлетворённо улыбнулся. Стальной лист преобразился. Я отсёк от него лишнее, оставив кругляш размером с крупный абрикос, внутри которого имелось отверстие. Вся поверхность кругляша была усыпала тысячами рун, едва заметных для обычного глаза.
Затем я достал небольшую жемчужину третьего ранга. Гладкий блестящий шарик, наполненный чистой концентрированной маной, я поднёс к отверстию артефакта. Жемчужина тут же притянулась и заняла своё законное место в подготовленном гнезде. Сам же артефакт слабо засветился синим и на сантиметр поднялся над поверхностью верстака за счёт генерируемого защитного поля.
Я взял артефакт в руку, чувствуя лёгкую вибрацию. Синеватое свечение плавно перетекло от получившегося амулета сперва на мою кисть, а после распространилось по всему телу.
— Весьма неплохо, — довольным тоном произнёс я в момент, когда в кузницу влетели пять гвардейцев.
— Ваше высочество! Тимофей Евстафьевич приказал нам… — начал было один из них, вытянувшись по струнке, но я оборвал его трёп.
— Знаю. Но сперва держи амулет. Станешь лётчиком-испытателем.
Я швырнул бойцу защитный артефакт, который он тут же поймал и удивлённо уставился на предмет, от которого хлынуло синее свечение, окутавшее гвардейца с головы до ног.