Я нахмурился и сел на край лавки.
— Слышь ты, тостер недоделанный, — с улыбкой произнёс я. — Считай, что ты попал в сервисный центр одного знаменитого кашевара и он поставит тебя на ноги. Но будет больно. Очень больно. Я тебе обещаю.
Остап уставился на меня, не понимая, что происходит, и нервно сглотнул.
Как думаете, что нужно для того, чтобы создать настоящее ядро маны? Не знаете? Плохо. Ведь я тоже не знаю. Зато я знаю, как создать артефакт, поглощающий ману. К примеру, тот же защитный артефакт создаёт магический барьер, для поддержания которого нужна мана. Мана, в свою очередь, поглощается из накопителя в виде кристалла или Слёз Мироздания — не важно.
Прямо передо мной же лежал Остап. Существо, созданное с помощью артефакторики, а также генной инженерии. Я преуспел в обеих областях. А в артефакторике — особенно.
В человеческом теле существуют тысячи энергетических меридианов, опоясывающих внутренние органы, нервные узлы, кости, сухожилия, бегущие под и на поверхности кожи. Одним словом, человек устроен невероятно сложно. Чтобы воссоздать ту же энергетическую структуру, нужно чертовски постараться. Помимо этого, потребуется мощный запас энергии, чтобы пробить эти самые каналы.
Улыбнувшись, я щёлкнул пальцем для большей драматичности момента. Из воздуха появился разломный кристалл и со звоном рухнул на пол темницы. Я приложил левую руку к пульсирующему кристаллу, чувствуя, как по моей коже побежали мощные волны маны, а правую осторожно положил на лоб Остапа. Воздух стал будто наэлектризованным. Раздалось едва слышное потрескивание.
— Наш автобус отправляется на станцию «Новая жизнь», пристегните ремни безопасности, в дороге будет трясти, — улыбнулся я и направил поток энергии через себя прямо в тело Остапа.
Мгновение — и он выгнулся от боли дугой, издав сдавленный крик. Рунические цепочки, вплавленные в его кости, ярко засветились через кожу. Я усилил поток энергии, и связи, созданные Преображенским, стали разрываться одна за другой. Энергия буквально выжигала старые структуры, уничтожая их безжалостно и неотвратимо.
Грудь Остапа резко содрогнулась, парня скрутило в рвотном рефлексе, и из его рта вывалилась истощённая Слеза Мироздания. Ранее она поддерживала жизнь Остапа, а теперь… Жемчужина треснула и распалась на тысячи мельчайших частиц.
— Остановись… — прохрипел Остап, глядя на меня глазами, полными отчаяния.
— Архаровы заднюю не включают! — прокричал я с акцентом, вспомнив тренера по борьбе.
Вместо остановки я усилил поток маны, выжигая в теле Остапа новые энергетические каналы. Работёнка была непростой. Хотя мне грех жаловаться. Я всего лишь тщательно воссоздавал каналы, а вот Остап балансировал на грани жизни и смерти, испытывая чудовищную боль. Ну, что тут скажешь? Добро пожаловать в мой мир. Я к подобной боли уже привык.