— Можно и так сказать, — ухмыльнулся я, входя внутрь. — Знаешь, меня порядком достало то, что ты используешь как расходный материал детей вроде Остапа.
— Он лишь инструмент, созданный на благо рода, — пожал плечами Преображенский.
— Те уроды тоже были экспериментом? — спросил я, имея в виду чудовищ, которых я убил парой минут ранее.
— Я бы сказал, неудавшийся эксперимент, — постучав пальцами по столу, произнёс Преображенский. — Однако, с вашей помощью, я смогу сделать настоящий прорыв! Новые особи будут на порядок сильнее, выносливее и стабильнее устаревших образцов. Если я…
С горящими глазами профессор стал нести какую-то чушь, и я его прервал в момент, когда стальная дверь за моей спиной громко захлопнулась. Вот же жук. Решил запереть меня? Очень глупо. Он запер сам себя в клетке с превосходящим по силе хищником. Смертник чёртов.
— Ты служил роду Архаровых, — произнёс я, подходя ближе. — А теперь главой этого рода стал я. Юрий передал мне бразды правления. Так что…
— Ха-ха-ха! — хрипло расхохотался Преображенский.
— Я сказал что-то смешное?
— Разумеется! Вы, Михаил, несёте полную чушь. Единственный глава, которого я признаю, это Константин Игоревич. Ваш отец. И так уж вышло, что вы рановато его похоронили. Ваш отец жив, а вы лишь заместитель, не более того, — ответил он ледяным, металлическим голосом.
— Именно так. И как заместитель, я…
— Не вздумайте мне приказывать, молодой человек. Я выполняю приказы лишь Константина Игоревича, — насмешливо заявил Преображенский, сложив руки на груди.
— Слушай сюда. Я скажу лишь один раз, как всё будет. Ты присягнёшь мне на верность и передашь документацию по всем имеющимся наработкам. Что бы ты там не изобрёл, я решу, будет этот проект жить дальше или канет в лету. Если откажешься дать присягу, я просто снесу тебе голову, — стальным тоном произнёс я и хищно оскалился.
Преображенский сверлил меня взглядом. Сейчас решался вопрос, кто из нас прогнётся. Либо он даст слабину и станет служить мне, либо прогнусь я и на веки-вечные стану подопытной крысой. Профессор медленно поднялся из-за стола, сверля меня холодным взглядом искусственных глаз. Механические протезы, заменявшие ему ноги, с лязгом и жужжанием переступали по белоснежному полу.
— Пока ты отсиживал тут свою железную задницу, я спас Маргариту Львовну, мать моего отца. Восстановил род, захватил род Черчесовых, отбросил аномалию на сотни километров назад. Хватит цепляться за прошлое! Присоединись ко мне, вместе мы сможем вытащить Константина Игоревича из темницы, — постарался я двинуть речь, цепляющую за душу, но судя по окулярам профессора, всё пошло не по плану.