Луркеры не пошевелились.
Хорошо. Потом я их выпущу поиграть, пусть пока привыкают к запаху человека в своём пространстве. Это полезнее, чем инстинкт.
Ирина уже писала в блокнот. Перо двигалось быстро, ровно, она не зачёркивала и не переписывала. Её голова работала чётко даже сейчас, в канализации. Я смотрел на неё секунду, потом отвернулся.
Людишки бывают разные. Это хотя бы полезная разновидность.
Список она закончила за восемнадцать минут. Подала мне молча, без комментариев. Я прочитал, не торопясь. Тринадцать позиций, аккуратно пронумерованные, с пометками. Что критично, что желательно, что можно заменить. Почерк мелкий, острый, ни одного лишнего слова.
— Половину достану завтра, — сказал я, убирая лист. — Остальное через три дня.
— Три дня — это слишком долго для…
— Три дня, — повторил я.
Она посмотрела на меня. Посмотрела на Бориса. Вздохнула.
— Хорошо.
Я повернулся к сёстрам.
— Ольга, — сказал я. — Когда Ирина закончит с оборудованием здесь — веди её в квартиру. Сидите тихо. Ни к кому на контакт не выходить, кристаллы связи только для меня.
— Она будет изучать Вику?
— Только с согласия Вики, — ответил я и добавил. — И только снаружи. Никаких игл и никакого оборудования внутрь. Пока я не скажу.
Вика слегка приподняла бровь. Не возражение, просто удивление, что её спросили.
Ирина всё слышала. Промолчала, но я заметил, как чуть сдвинулась рука с блокнотом. Не нравится ограничение, но принимает, потому что понимает: другого варианта нет.
Хорошо. Пусть привыкает к тому, что других вариантов здесь не бывает.
Поверхность встретила холодным ветром и запахом гари. Ирина вышла следом, поставила чемодан на асфальт и выпрямилась.
Земля качнулась. Где-то за поворотом что-то упало с протяжным звоном. Трещина прошла по фасаду ближайшего дома наискосок, от второго этажа до четвёртого, медленно, с тихим хрустом осыпающей штукатурки.
Ирина смотрела на трещину.
— Император слишком резко меняет курс, — произнесла она спокойно, без паники, как врач, читающий плохой диагноз. — Остров так не реагирует на плавное движение. Это либо крутой поворот, либо коррекция глубины. При таком темпе толчки будут нарастать. Сложно представить какая у Его Величества сила магии земли. Управлять целым островом… Великий человек.
Я хмыкнул. У него моя сила, у его детишек. Пока не понимаю, как забрать обратно. Но пойму…
Расстегнул пиджак. Снял его, осмотрел: пятна с ангара по большей части на изнанке, снаружи только один тёмный развод на левом рукаве. Бросил пиджак на бетон у стены, он лёг мягко, почти бесшумно. Потом я повернулся к Ирине.