— Кто сломал руку?
Змеев рассмеялся за спиной.
— Сержант, вы нарушаете субординацию, — голос стал жёстче. — Эти люди пойманы при попытке незаконного проникновения на территорию аномалии без разрешения, контрабанда ядер, уклонение от службы, самоволка. Серьёзные обвинения.
Повернулся к нему медленно и посмотрел в глаза.
— Я спросил: кто?
Змеев перестал улыбаться, лицо стало холодным. Магическое давление ударило в воздух. Он выпустил часть силы наружу, пытаясь продавить меня. Воздух стал тяжёлым, густым, давил на плечи.
Не шелохнулся, держал своё ядро закрытым, энергию внутри. Давление коснулось кожи, попыталось проникнуть глубже.
Змеев нахмурился. Давление усилилось.
Всё равно не шелохнулся.
— Это я, — голос справа.
Обернулся. Один из охранников вышел вперёд — здоровый, плечи широкие. Лицо самодовольное, ухмылка на губах.
— Я, — повторил он громче. — Этот мусор сопротивлялся, пришлось усмирить.
Показал кулак — костяшки ободраны, запеклась кровь.
— И что ты мне сделаешь? — ухмылка стала шире. — Это приказ господина…
Не дослушал. Рывок.
Активировал силу Титана, все четыре процента освободились мгновенно. Чистая сила влилась в мышцы, мир замедлился.
Шаг вперёд — земля треснула под ногой от усилия, камни разлетелись в стороны. Воздух свистнул, оказался перед амбалом за долю секунды.
Он только начал реагировать — глаза расширились, рот приоткрылся, рука дёрнулась к оружию.
Медленно.
Удар.
Правая рука пошла вперёд. Кулак летел в грудь. Контакт. Рука пробила плоть, кожа разорвалась, мышцы раздвинулись, рёбра хрустнули и сложились внутрь. Кулак вошёл глубоко — горячо, мокро, скользко. Нащупал сердце, бьётся под пальцами — быстро, панически. Пальцы сомкнулись на мягкой мышце, сдавил.
Сердце лопнуло в руке.
Вырвал руку обратно, вышла с хлюпаньем, брызги крови полетели во все стороны — горячие капли на лице, форме, земле. В кулаке комок красной плоти. Запахло кровью — густым, медным запахом, перебивающим всё остальное.
Амбал застыл. Рот открыт, глаза смотрят вниз — на дыру в груди. Кровь хлынула оттуда потоком — густая, тёмная, почти чёрная в лунном свете.
Он рухнул на колени, потом лицом вперёд. Удар о землю глухой, тяжёлый. Задёргался — конвульсии, последние спазмы нервной системы, ноги царапали землю. Затих.
Посмотрел на сердце в руке, раскрыл ладонь. Оно съёжилось, обмякло. Мышечная ткань дрожала в последних спазмах.
Развернулся к Змееву. Бросил сердце под ноги — шлёпнулось перед его начищенными ботинками. Кровь брызнула на кожу, оставив красные капли.
Тишина. Все замерли. Охранники стояли с открытыми ртами, руки застыли на оружии, но никто не стреляет.