Знакомые черты, высокомерная улыбка, глаза холодные.
— Лев Николаевич Змеев? — бросил я. — Какая встреча? Сам глава корпуса десять охотится на гигантов?
Он улыбнулся шире.
— А вот и наш герой, — голос громкий, насмешливый. — Куратор по работе с… отбросами?
Люди напряглись, руки потянулись к оружию. Один из них — здоровый мужик с квадратной челюстью — сделал шаг вперёд, загораживая Змеева.
— Стой! — рявкнул он.
Не остановился, продолжил идти. Взгляд скользнул по ситуации, оценивая.
Матросов и Мамонтова на коленях. Руки связаны за спиной — судя по всему, наручники, что блокируют магию. Лица у обоих напряжённые, челюсти сжаты. Борис уставился на меня — глаза расширены, в них предупреждение.
Василиса молчала, голова опущена. Волосы растрепались, по губе течёт тонкая струйка крови. Даже избили их? Моих людей? Сжал кулак и сдержался.
Вася сидел чуть в стороне, прижимал левую руку к груди. Рука висела — сломана. Лицо бледное, губы прикусил до крови, пытается не кричать от боли.
Коля лежал без движения, на лбу ссадина, кровь засохла. Присмотрелся — грудь поднимается — жив. Итог: четверо моих, один без сознания, один со сломанной рукой, двое связаны магией.
Так все остальные — это у нас выходит личная гвардия Змеевых? Какой же ты молодец, Лев Николаевич. Спасибо большое… Активировал ядро, оценил их быстро. Трое — маги, чувствую ядра, остальные — обычные бойцы с оружием. Автоматы, пистолеты. А в центре — Лев Николаевич Змеев. Он даже сюда, к аномалии, умудрился приехать в костюме.
Остановился в пяти метрах от них. Охранник перед Змеевым напрягся ещё сильнее, рука легла на рукоять пистолета.
— Лев Николаевич Змеев? — произнёс я спокойно. — А что вы тут делаете?
Голос ровный, без эмоций, словно встретил знакомого на улице.
Змеев улыбнулся шире, глаза прищурились.
— Ловлю тех, кто занимается контрабандой, — подавил он смешок.
Жест рукой в сторону Матросова и остальных.
— Не думал, что кураторы моего корпуса этим занимаются, а их покрывает бывший аномальщик, что теперь трудится в СКА. Да уж… Какие нынче дела происходят.
Не отреагировал на провокацию, прошёл мимо охранника — тот дёрнулся, хотел остановить, но Змеев поднял руку.
Подошёл к Матросову, встал рядом, посмотрел на него.
— Володя, — выдохнул он тихо. — Не нужно, прости, что подставил. Я не знал, кто это… Он только потом приехал.
Не ответил, повернулся к Васе.
Пацан сидел, сжимая сломанную руку. Уставился на меня — глаза красные, пытается держаться.
— Кто? — спросил я и кивнул на него и Колю.
Голос вышел холоднее, чем планировал. Вася вздрогнул.