— Эмин? — зову его.
— Да?
— Спасибо.
Не дожидаясь от него ответа, ухожу, закрыв за собой двери. Как поднимаюсь на пятый этаж — не помню. Клянусь, в голове просто каша. Если бы у меня был шанс увидеть свое будущее, я бы сделала все возможное, чтобы им воспользоваться. И понять, чем закончатся это «кошки-мышки».
Хочу информацию про Эмина. Хочу знать, как он жил последние годы. Но…
— Мама! — дверь передо мной распахивается.
— Малыш, я соскучилась!
— Я тоже!
Амина, стоящая позади Витаминки, смотрит огромными глазами.
Передаю пакеты подруге, обнимаю дочку. Целую ее в обе щеки.
Знала бы ты, родная, каким стал твой отец…
— Амишка, пожалуйста, дай ей мороженое. И сама угощайся. Я в душ схожу.
— Эй, у меня есть вопросы!
— Потом… Останемся наедине, все обсудим.
Она нехотя соглашается.
Вода не приводит меня в чувства. Не могу выкинуть из головы ни слова, ни взгляды Эмина. Он стал сильнее, возмужал… Такой красивый, самоуверенный, но… Чужой.
Я пыталась тебя забыть, Бестужев. Даже пыталась пойти на контакт с другими парнями. Но наше общение тянулось всего дня. А сейчас появился ты. Вновь все переворачиваешь с ног на голову. Бьешь наотмашь без пощады. Жалишь своей жестокостью.
Куда же ты исчез тогда? Почему не стал интересоваться, а?
Несмотря ни на что…. Я не хотела открывать от тебя нашу дочь. Не хотела, чтобы она росла без отца. Ведь была уверена, что папа из тебя выйдет замечательный.
Но ты… Наверное, я тебе просто надоела. И ты… выбрал другую?..
Боже, дай мне сил.
Пока сушу волосы, Амина помогает дочери помыться. А потом вовсе укладывает ее, пока я стараюсь хоть что-то поесть. Уже через сорок минут подруга заходит на кухню, садится напротив меня.
— Тебя… Эмин привез, да? Я все видела из окна. Что происходит, Амелия?
Мои глаза наполняются слезами. Я кусаю губы до такой степени, что чувствую соленый привкус во рту.
— С ума скоро сойду…
— Ты меня пугаешь, — шепчет Амина. — Я… хотела как лучше. Клянусь. Хотела, чтобы у тебя была нормальная работа. Деньги в конце концов. Я же вижу, как тебе плохо, когда не можешь купить то, что малышка хочет… Эмин… тебе что-то сказал? Нагрубил? Говорят, он так со всеми девушками обращается. Но ты-то не такая как все!
— Амина, я знаю его сто лет…
— Что? Откуда? — щурит глаза, а потом вовсе ахает… — Боже, Амелия… Это то, о чем я думаю?
Я часто-часто киваю.
— Он отец моей малышки. Тот самый парень, который разбил мне сердце.
Глава 7
Я просыпаюсь от легких, теплых прикосновений. Сначала неосознанно улыбаюсь, не открывая глаз — по щеке скользят крошечные пальчики. Так осторожно, как лепестки касаются кожи. Потом мягкий поцелуй в висок. Ещё один в лоб. Затем кто-то прядку волос заправляет за ухо.