Мужчина кивает и нехотя уходит, бросив на меня немного недовольный взгляд.
— Нужно Дилару срочно из этой больницы забрать, — тихо прошу Эмиля. Взяв его за руку, тяну к дальнему углу коридора.
— Не понял.
— С ребенком все в порядке. Но она боится за малыша. Боится, что родня Камиля что-то сделает. Ты же не станешь со мной спорить?
— С чего ты решила, что не стану? Рахманин вполне нормальный мужик, пусть и со своими тараканами в голове, но все же своего ребенка уберечь он сможет. Я не хочу лезть, Арина. И… Самое большое наказание — не знать о своем малыше. Я все это пережил уже. Это не есть кайф. Какие бы косяки у мужика ни были, никто не достоин такого…
— Когда человек врет… — перебиваю. — Когда человек сваливает, думая лишь о себе… О своем удовольствии… Поверь, такие мужики достойны самого большого наказания. Ненавижу ложь… Ненавижу, когда мужчины, как бабы, прячутся за враньем… Когда считают себя крутыми, но ни хрена такого в реале нет. Дилара лишь хочет, чтобы ее ребенок жил. Как и я хотела восемь лет назад. Делала для этого все, что могла. Карабкалась. И тогда рядом была лишь подруга. Эмиль, или ты помогаешь… Или проваливаешь отсюда. Я найду способ… Найду человека, кто мне не откажет в помощи. Ей нужно остаться одной. Хотя бы на некоторое время. Надо проветрить голову. Может, потом сама решит все рассказать Рахманину. Но не сейчас, когда вся его семья преследует Дилару. Ты со мной или нет?
Бестужев меняется в лице. Поджимает губы, но не спорит со мной. Дает согласие кивком головы.
— Прекрасно, — торжествующе улыбаюсь я. — Люблю послушных мужчин. Но не переношу ложь. Имей в виду, — подмигиваю. — Надеюсь, что ты от меня ничего скрываешь.
Я опять же прищуриваюсь. Потому что не нравится мне реакция Эмиля.
— Где врач? Я хочу с ним поговорить.
Он меняет тему. А я просто не давлю на него. Нужно решить проблему Дилары. А с Бестужевым я поговорить еще успею.
Я более чем уверена, что Дилара поменяет свое решение, когда остынет. Сердце подруги не выдержит всю жизнь скрывать сына от Рахманина. Ведь она прекрасно знает, как я мечтала, чтобы однажды Бестужев появился и узнал о своей дочери. Она прекрасно знает, что я пережила за те годы, что воспитывала дочку одна.
А Камиль ее любит — это без сомнений. Поэтому верю… Верю, что у них все наладится. Что у них есть еще шанс, пусть и крошечный.
Ложь… Я далека от всего этого. Тем более после того, как наши пути с Эмилем снова сошлись. Пусть поведение Бестужева меня немного пугает, все же я верю, что он честен со мной. Как и я с ним.