— И значит, — продолжил Маэдрос, отступая в сторону, — я иду за тобой. Только я. Карантир, командуй. Прикройте нас стрельбой.
…Железной рукой он обычно держал щит, и она не справится с револьвером. И все же Амрас яростно захромал к нему, расталкивая всех, и впихнул ему в руку свой револьвер без чехла. Деть его было сейчас некуда, кроме кармана на кожаном плаще.
Маглор сделал шаг, и вдруг оказался совсем снаружи — как только мимо прошел.
Шагнул наружу и Маэдрос. Огляделся. Солнце висело у них за спинами, все вокруг отбрасывало длинные синие тени, и вот они пока ещё скрывались от врага в тени дома. Заглянув за угол, он увидел усыпанный обломками спуск и внизу, на равнине – тени разбежавшихся лошадей. Гнедой призывно заржал, и его маленькая фигурка понеслась в обход, сгоняя кобыл вместе, уводя их от опасностей. Жеребец берег свой отряд, как мог.
— Неплохая вышла бы песня… — вздохнул Маглор, оглядевшись. — Стреляйте, и пусть чаще стреляют они, — бросил он остальным и двинулся вперёд, не дожидаясь брата. Словно надеялся потерять его, оставить позади. И пропал, словно не рваные клочья дыма там колыхались в вечернем безветрии, а густые облака.
— Нет уж, — сказал ему Маэдрос. Согнулся и бросился следом, вспоминая, где по дороге были укрытия. — Я иду за тобой!
Женщины проводили их глазами.
— Теперь оба с ума сошли, — вздохнула неугомонная Нэн. И Донна тихо отозвалась:
— Нет, ум у них в порядке. А господь их повел или дьявол — узнаем потом. А нам опять придется только молиться, старая грешница. Так что бери ружье и стреляй, да поверху.
Под ногами хрустели мелкие камни, шаги поднимали облачка пыли. Позади хлопнул выстрел, потом другой, уйдя поверх голов, и в ответ загремело со склонов. Пригнувшись, Маэдрос перебежал к тому самому камню, за которым прятался от картечи, опустился на одно колено. Впереди висели клочья дыма, медленно оседая в вечернем безветрии. Солнце позади подсвечивало их косыми лучами, окрашивая уже не в золотистый, а в розоватый цвет, и создавая внутри переливы теней. Это будет немного скрадывать его движение.
Снова бухнула пушка, картечь с визгом пронеслась над головой и с треском осыпала дом. Кажется, пользуясь дымом, они и пушку подтолкнули ближе? Тем меньше до нее идти.
Вражеские стрелки, кажется, переместились левее. Возможно, некоторые поднялись немного по левому склону, чтобы видеть укрытие. Грохот оттуда раздавался теперь частый и бодрый. Им отвечали выстрелы двух Спрингфилдов из укрепления и звуки ружей женщин. Эти пули проносились выше, и хотя бы в спину их получить не придется.