Стал эдакой «неведомой зверушкой». Умеющей в один миг вылечить безнадёжного больного и, ГЛАВНОЕ, сделавшей из обычной, повторяю ОБЫЧНОЙ девчёнки волшебницу.
С их извращённым паразитическим менталитетом, заставляющим грызть друг-другу глотки за кусок хлеба, вместо того, чтобы этот самый хлеб вырастить, тутошние условно-разумные сразу же захотят как-то использовать мои в кавычках «способности» на благо себе.
И, конечно же, попытаются посадить в клетку, чтобы весь такой замечательный я «врагам» не достался. Ну, а если недруги вдруг окажутся сильнее или хитрее, то уничтожить. По принципу «так не доставайся же ты никому».
Чёт мне совсем неуютно стало. А ведь прошли всего сутки. Эх, мне бы пресловутую «машину времени». Отмотал бы эти двадцать четыре часа назад, да и надавал бы по рогам Бу Джонгу сотоварщи.
Потом обчисти бы их карманы в качестве компенсации за потраченное время. И, купив дешёвенький смартфон и плохонькую лодку, отчалил бы в сторону Таиланда. С его фанерными отелями и доступными за малую денюжку девочками.
Вэймин, правда, так и осталась бы калекой. А в Международной Военно-Магической Академии не досчитались бы одной взбалмошной курсантки. Что ж, видимо Создателю всё происшедшее зачем-то нужно. Ведь всё, что Им не делается, делается к лучшему. И ничто не свершиться без Воли Его.
И я и Увайс Нарул всячески заверили господина Ватанаби, что будем молчать «как могила» и он, вроде бы успокоился. Аими отряхивала извазюканный в потасовке и вымоченный мною комбинезон, от которого почему-то вдруг повалил пар, Мэй Синг загадочно улыбалась, а Ватанаби-сан предложил всем отправиться на Императорскую Яхту.
Увайс Нарул, под предлогом того, что ему нужно помочь со сборами дочери благоразумно отказался. А остальные, кроме Мэй Синг, оставшейся дожидаться дочку босса Триады, разместились в катерах и отчалили от пирса.
Вэймин лихорадочно металась по комнате. Она судорожно хватала из шкафа первые попавшиеся под руку вещи и, не глядя швыряла в чемодан. Всё происшедшее плохо укладывалось в её хорошенькой головке. Пихая в кучу тряпок планшет она прокручивала в голове недавние воспоминания.
Когда она проснулась, первое, что она почувствовала… что ничего не почувствовала. Совсем. Не было ставшей такой привычной тупой и изматывающей боли в искорёженных суставах. Забирающей остатки сил и выматывающей последние нервы. Она потянулась и с удивлением поняла, что может шевелить ногами, тело абсолютно послушно, а травмированный и скрюченный позвоночник снова стал гибким и здоровым.
Затем перед глазами появилась лицо прекрасного юноши, и она вспомнила свой стыд и отчаяние, которые испытала от того, что предстала перед ним уродливой калекой. При мысли об обезображенном лице она вскочила с постели и вспомнила, что зеркала в комнате нет.