Я стоял на крыше, теперь уже принадлежащего мне небоскрёба и смотрел на вечерний Токио. «Если хочешь быть счастливым, езжай в Эдо». — Гласит древняя японская мудрость. И — вот. Мне только что сделали поистине царский подарок, а на душе почему-то скребли кошки.
«Вот и приехал». — Невесело усмехнулся я. — «Приветствую тебя, славный город То: Кё, что в переводе на любой другой язык этой Локации значит ‘Восточная Столица».
Я подошёл к краю и, свесив ноги за парапет, уселся поудобней. Где-то внизу, внутри этой жемчужины японской Столицы веселились гости, а мою душу, как уже упоминал, невидимыми, но вполне осязаемыми когтями, рвали представительницы местного семейства neko.
Ведущая на крышу дверь тихонечко скрипнула а я, даже не поворачивая головы уже знал, кто нарушил моё уединение. Есть у меня такая особенность. Видеть невидимое и замечать то, на что способны очень немногие жители этого Мира.
Впрочем, навестившая меня женщина обладала куда большими возможностями. И, если бы захотела, то я бы не то, что не услышал её шагов. Я бы даже не почувствовал её присутствия.
— Что ты решил? — Ничего не выражающим голосом спросила она. И, словно оправдываясь за спешку, пояснила своё нетерпение. — Стратосферный борт с мигрантами пройдёт вблизи Локации через неделю. Они дали предварительное согласие и сделают крюк. — Она немного помолчала и добавила. — Если ты всё же захочешь… — Последовала небольшая пауза но, поскольку я не спешил отвечать, она продолжила. — Они будут ждать на Гринвичском меридиане у берегов Антарктиды.
— Много хотят? — Вяло поинтересовался я.
— Две тонны золота. — Последовал ответ. — Ну, или двадцать урожаев.
Я невольно присвистнул. Сумма, нужная для покупки затребованного количества золота у меня была. Теоретически. Я прямо сейчас сидел на ней. Свесив ножки и рассуждая о несбыточном. Ибо никто мне не позволит обратить, буквально час назад подаренную недвижимость, в презренный металл.
Ну, а без малого шестидесяти восьми миллионов долларов у меня, естественно не было. Хотя, если продать принадлежащие мне активы то, может наберётся и больше. Вот только опять это маленькое «но».
Двадцать урожаев тоже было не «айс». Это значит, что с меня потребовали отдать всё заработанное за два десятка лет. Ну, а поскольку есть-пить-одевать мне в любом случае что-то будет нужно то, как правило, подобные долги растягивались на срок в пять раз больший. То есть, на десять десятилетий. По одной пятой в год и вуаля.