— Да-да-да-да-да! — Зачастил я, интонацией толсто намекая Вэймин, что поблагодарила меня вполне достаточно.
Видимо, первый приступ ошеломляющего счастья у девчёнки прошёл. И до дочери главы мафиозного клана наконец дошло, в какой компании она находится. И кого ничтоже сумяшеся обслюнявила и, тем более на кого осмелилась поднять руку.
— Ох, — зарделась от смущения девчёнка и прижала ладошки к щёчкам. — Ваши Высочества! Принцесса! Принц Генрих! Я…
Не зная, куда себя девать от внезапно нахлынувшего стыда, Вэймин резко повернулась и исчезла, телепортировавшись на недавно разрушенную ею стеклянную террасу. Но — о, подкупающая непосредственность! — тут же снова оказалась возле нас и схватила Аими за руку.
— Вы меня подождёте? — Преданно заглядывая принцессе в глаза, спросила она.
И было в голосе этого дитяти столько невысказанной мольбы и страха, что сказка может оказаться жестким розыгрышем, а давшие надежду люди могут уплыть без неё, что Аими невольно заулыбалась и кивнула.
— Конечно, Вэймин. — Заверила она девушку. — Теперь без тебя мы точно не уплывём.
А мне в её словах почему-то почудилось ехидное: «держи друзей близко, а врагов ещё ближе».
— Спасибо! — Вэймин беззастенчиво чмокнула принцессу в щёку и снова испарилась.
— Вам нужно забрать какие-то свои вещи, Ваше Высочество? — Тем временм обратил своё снимание на меня Ватанаби-сан.
— Да я как-то привык путешествовать налегке в последнее время. — Пожал плечами я. — Имущество, знаете ли, обременяет.
Принцесса Аими коротко хохотнула а Мэй Синг взглянула на меня чуточку пристальней, чем мне бы хотелось. Ох, не проста ты, наставница невесты Принца Генриха. Совсем не проста.
Я обернулся к Увайсу Нарулу, полностью выбитому из колеи происшедшим, и панибратски хлопнул того по плечу.
— Ну, я пошёл! — Попрощался я с главой Триады. И небрежно бросил. — Ну, раз уж всё случилось, как случилось, думаю о конфиденциальности более заботиться не стоит.
— Минуточку! — Тут же вмешался господин Ватанаби. — Я как раз собирался попросить всех присутствующих сохранить всё в тайне. До полного выяснения обстоятельств.
И при этом тоже устремил свой взор на мою скромную персону. И взгляд его был очень многозначительном. Многообещающим, я бы сказал.
Я фыркнул, показывая своё отношение к игрищам тутошней аристократии и вдруг до меня дошло.
Бля! Это для меня, истинного разумного, выросшего в обществе трезвомыслящих существ, в ситуации не было ничего необычного.
С точки зрения же местных условно-разумных я из простого и, в общем-то понятного и во всех отношениях предсказуемого, ПрЫнца Генриха, добоё… и пидора… э-э-э эксцентричного молодого человека нетрадиционной ориентации, вдруг превратился в чёрт знает кого.