За полчаса выкопана людьми норра солидная могила на краю высокого холма, принесены несколько крупных камней, найденных вокруг, чтобы обозначить ее на будущее. Все готово к похоронам в прошлом благородного мужчины, теперь просто обычного покойника в сильно перемазанном грязью и кровью нижнем белье.
Пока Фиала охраняет нас с верхушки холма, как самая востроглазая, мы все молимся, каждый на свой лад. Потом слуги и стражники заворачивают тело в одеяло и осторожно опускают его в могилу. Еще пять минут работы лопатами, теперь только свежая земля напоминает о случившейся здесь неудачной попытке бегства нашего благородного пленника.
«Не стану извиняться, молодой норр, за твою смерть, ведь жизнь оставила мне только один выбор — или ты, или все мы», — говорю сам себе.
После похорон мы быстро уезжаем с лужайки, долго оставаться здесь не хочется никому. Народ работает ложками верхом или на повозке, закидывая в рот обычную пшенную кашу, но с солидным количеством мяса.
— Слуги и стражники немного повеселели, — замечает мне Терек, так же ведущий в поводу коня уже покойного норра.
— Да все хорошо получилось. Он так всех достал, что о его смерти не будет никто из них сожалеть, — я пока сам запрыгнул на одну из наших лошадей. — Через пару дней вообще про него забудут на радостях, что распрощались навсегда. И чтобы свою совесть вообще лишнего не напрягать.
— Да, все правильно сделали! — подтверждает Терек.
Пришло время мне серьезно осваивать верховую езду, есть у меня пять-шесть дней для такого дела. Но не только смирная кобылка меня будет катать, еще с дворянским конем лично мне придется часть времени позаниматься.
Терек попробовал на него сесть, так чертова зверюга тут же решила хватить его зубами. Когда получила по морде тяжелой ладонью наемника, сразу присмирела, но потом все равно попробовала скинуть Терека на землю.
Но я уже готов, очень умеренно приложился коню по сознанию, остановил его бешенство, заставив замереть на пару минут в неподвижности. Подобным образом Терек смог проехаться на нем до следующего привала. Но точно так же снова столкнулся с неповиновением жеребца, когда начал слезать с него.
— Не так все просто будет с ним! — озабоченно сказал он мне.
— Посмотрим. Я его едва-едва коснулся сейчас, а нужно, как того козла, реально шарахнуть по сознанию, — отвечаю я.
— Ну, его за несколько дней обычным воспитанием не приручить к послушанию. Не так он воспитан. Так что хорошо бы тебе на нем восседать, когда станешь дворянином прикидываться. Но и обычная наша кобыла на крайний случай пойдет. И на таких небогатые дворяне ездят, ничего в данном варианте невозможного нет, — предлагает наемник.