Сам «временщик» обвёл взглядом толпу.
— Это магия наших врагов, — он даже не пытался сдерживать ярость. — Тех, кто убил сотни даргов, пока мы не подписали мирный договор.
Слово «тальвери» полетело от ряда к ряду, обрастая страхом и яростью. Дарги помнят обиды. Особенно такие. Война с северными эльфами была давно, но шрамы остались в памяти каждой семьи.
— Чужая магия, — сказала Нарга. — Я чувствовала её давно. Предупреждала. Вы не слушали.
— Это не просто магия, — сказал я, поворачивая голову к Адису. — Речь о предательстве.
Дядя лежал у края круга. Нога перетянута чьим-то ремнём. Лицо белое от кровопотери, а теперь ещё и серое от ужаса. Он слышал каждое слово. И понимал, что это значит.
Для общины это не было военной тактикой или уловкой. Измена. Старый, кровный враг — внутри своего дома.
— Он! — голос из толпы. — Продался этим тварям!
— Продал нас длинноухим! — женский голос.
— Предатель! — прорычал кто-то.
Толпа сдвинулась. Люди шли на Адиса. Те самые, что пять минут назад прославляли его, теперь готовы были рвать. Корн стоял рядом с отцом судорожно сжимая рукоять топора, но в глазах был животный страх. Воины, что до того сдерживали натиск толпы, ещё были на местах. Но начали отступать, поглядывая в сторону Торвака.
— Я не знал! — заорал Адис. — Клянусь кровью Бараза! Я не знал, что тут замешаны тальвери!
Сделав несколько шагов, я оказался рядом. Посмотрел в его перекошенное от страха лицо.
— Допустим, — начал я. — Возможно ты не знал, что внутри у этого воина. Но ты точно в курсе, кто всё организовал. Говори.
Адис сглотнул. Его глаза бегали. Мозг наверняка отчаянно искал выход.
Его не было. С одной стороны — я. С другой — разъярённая община, которая только что узнала, что дарг, едва не ставший их вождём, связан с давним врагом.
— Отвечай, — Торвак. — Закон требует.
— Говори! — взревела толпа.
Сын Бараза Бивня посмотрел на толпу. На перекошенные ненавистью лица. Кадык сделал ещё одно движение.
— Хорошо! — решился он. — Я всё расскажу!
На секунду замолчал. Втянул воздух.
— Это был… — Адис сглотнул. — Приказ моего отца. Бараза.
Тишина. Такая, что слышно, как потрескивает разбросанная по площадке зола, под ногами переминающихся даргов.
— Он всё спланировал, — продолжил дядя. — Ещё до поединка. Раньше, чем бросил вызов. Он знал, что внук представляет угрозу. Думал, этот выродок вернулся забрать то, что ему не принадлежит.
— Только выродком оказался ты, — даргская ярость заставила озвучить фразу, смотря ему в глаза. — Рассказывай!
— Он поручил мне координировать блогера, — продолжил раненый «родственник». — Координировать давление, если ты пойдёшь на попятный. Найдёшь лазейку и избежишь поединка.