— Смотрите! Артефакты молчат. Судьи втянули языки. Но ваши глаза не слепы! — её голос набирал силу. — Тело, которое двигается как кукла на нитках! Разве этому учили вас предки? Это настоящий путь даргов?
Слова падали в толпу, как искры в сухую траву.
Гигантские орки уважают силу. Но ещё больше уважают честь. Удар Грахка в спину Хоргу стал той каплей, что переполнила чашу. Ему могли бы простить все его выкрутасы, списав те на «военную хитрость». Всади он клинок в спину мне — тоже наверняка нашли бы полсотни резонов, почему это правильно и необходимо.
Но Хорга здесь знали. Судя по всему, исключительно с позитивной стороны — удар ему в спину, вызвал бурю возмущения.
— Нечестно! — рявкнул кто-то сзади. — Кузнец дрался лицом к лицу!
— Это не бой! Это бойня! — женский голос, резкий, злой.
— За Хорга ответят! — ещё один. — Все ответят!
— Заткнитесь! — заорал Гримм. — Грахк — герой! Победителей не судят!
— Зато крыс — давят! — молодой дарг с другой стороны круга.
Сторонники Адиса попытались заткнуть недовольных. И в этот раз им ответили. Не словами — кулаками. Кое-где вовсе ударами топорищ. Стычки вспыхнули в десятке мест одновременно. Масса даргов колыхнулась, как волна, грозя захлестнуть арену. Заблестело оружие, начали сбиваться в группы родственники. Скалили зубы подростки, готовые первыми пустить кровь противникам.
— Прекратить! — Голос Торвака перекрыл рёв толпы, как гром заглушает дождь. — Кто нарушит круг — умрёт! Закон! Кто прольёт кровь дарга вне круга — умрёт! Закон! Кто начнёт резать своих — умрёт! Закон!
Толпа замерла. Чуть притихла. Правда бурлить не перестала. Просто перешла в более тихий режим.
Я слышал всё это краем уха. Не до того нынче было. Требовалось разобраться с берсерком напротив.
Грахк, тяжело дыша, шагнул ко мне. Он видел, что я один. Хорг лежал за спиной, Нарга работала над его раной. И решился. Рванул вперёд, стараясь набрать прежнюю скорость.
Я атаковал первым. Рубанул наискось — по корпусу, снизу вверх. Грахк отбил, но уже не так стремительно. Его движения стали рваными. Предсказать их было куда легче. Как будто у выродка реально начала садиться батарейка.
Чужая магия выгорала на глазах. Я рубанул снова — по плечу. Он уклонился. Выпад — мимо. Ещё один — хренакнул по рёбрам, оставив неглубокий порез. Затянулся на моих глазах, но медленнее, чем раньше. Значительно. А ведь рана была совсем крохотной.
Грахк отступил. Левая рука метнулась к поясу. Второй нож. И попытка повторить свой успех. Обманный манёвр, а сразу после — бросок.
Клинок вошёл в левое бедро. Неглубоко, как и первый. Оба ножа были короткими. Мышцу пробило, но кость не задело.