Какое-то время висела тишина, а я обливалась потом от страха. Даже если я знала несколько заклинаний и что-то у меня получалось, называть меня Фу-ню было чересчур. С другой стороны, если это убережет от бесчестия…
– Но продать такую можно, – продолжил все тот же голос. Говорил мужчина медленно, почти правильно, и в голове мелькнула мысль, что он определенно старший среди разбойников. Только как образованный человек решился на долю разбойника, я пока понять не могла.
– За нее и степняки денег дадут. Если успеем избавиться, пока погоня не началась.
– Погоня?
– А ты думаешь, такие дамы, что рыб одним взглядом топят, сами по себе тут расхаживать станут? – обладатель низкого голоса рассмеялся. Хрипло, невесело, словно уже ожидал неприятностей. – Потому нужно ее быстрее сбыть и дело с концом. Вот только…
Послушалось шуршание, и надо мной появилась тень, закрывая медленно светлеющее небо. Темные глаза, косматые брови и растрепанные волосы. Человек, что нависал надо мной горой, был давно не мыт и неопрятен. С трудом я рассмотрела военную форму, кое-где рваную и давно нестираную. Сердце упало в пятки.
Дезертир!
Такой человек, которому грозило отсечение головы, не станет договариваться со мной. Даже стоит пообещать ему выкуп от князя Вэй, он не будет слушать. Да и я не была уверена, что генерал Чжан Рэн захочет платить за мое возвращение. Все еще оставалось неясным, для чего и как именно он меня заполучил. Если изначально я думала, что дело в желании попробовать императорскую наложницу, то проведенная с ним ночь меня убедила в обратном. Не тронул, выгнал, хотя был в своем праве.
– Никто ее не осматривал же? – хмуро спросил бывший военный, разглядывая меня с неудовольствием.
– Не. Кто посмеет. А ну как она бы сразу прокляла?
– Если она шептушка, то пока рот замкнут – не сможет, – со знанием дела возразил патлатый. И присел рядом на корточки.
Мужчина посмотрел мне в глаза и мрачно, с обещанием произнес:
– Тебя никто не тронет, если вести себя будешь спокойно. Я только проверю, что прячется в твоих рукавах и карманах. Не бывает, чтобы такая женщина с пустыми руками сбегала. – Большие ладони осторожно, словно опасаясь, коснулись одежды, перебирая ткани пальцами. – Сбежала же?
Я вздрагивала от ощущения чужих рук и даже многослойное одеяние, что окутывало меня как кокон, не могло уберечь от неприятных ощущений.
– Отвечай, когда спрашиваю, – мрачно велел мужчина, вытягивая из-под платья дорогущие бусы из жемчуга. Следующим, облапав меня почти с ног до головы, разбойник нащупал кошелек с серебром. Поверх легло две нефритовые шпильки.