— Красивые цветы, — вдруг сказал таксист, пожилой мужчина с усами. — Девушке везете?
— Начальнику, — буркнула Полина.
— Начальнику цветы? — удивился он. — А чего, бывает. У меня на прошлой работе тоже один начальник цветы любил. В кабинете целую оранжерею развел. Говорил сначала, для клиенток, а на самом деле просто душа цветов просила.
Полина невольно улыбнулась от этой простой человеческой истории и спросила:
— А вы часто цветы возите?
— Да всякое бывает. И цветы, и торты, и подарки. Один раз даже кота вез в свадебном лимузине, — хохотнул таксист. — Кот орал, невеста плакала, жених матерился. Весело было. Но больше я водителем лимузинов не нанимался!
Полина рассмеялась. Напряжение немного отпустило.
Машина наконец остановилась у высоченного небоскреба Москва-Сити. Полина взяла коробки с букетами и вышла на холодный мартовский ветер. Он тут же взлохматил волосы, залез под куртку, обжег ледяными пальцами.
Она подняла голову. Стеклянная башня уходила в небо так высоко, что, казалось, вот-вот проткнет облака. Где-то там, на пятьдесят седьмом этаже, сидел он. Игорь Волков-Борейский. Альфа. Будущий глава клана.
— Просто клиент, — прошептала Полина, входя в сверкающий вестибюль. — Просто очередной богатый клиент.
Но на глубинном подсознательном уровне она уже знала: через каких-то пятнадцать минут этот «просто клиент» перевернет всю ее жизнь.
Лифт остановился. Двери открылись, выпуская Полину в длинный коридор с мягким ковровым покрытием и дорогими прямоугольными светильниками на стенах. На ресепшн играла тихая музыка. На этаже пахло дорогим парфюмом, свежесваренным кофе и чем-то, что Полина про себя называла «запах денег» — нечто неуловимое, но отчетливо присутствующее во всех крупных офисах богатых компаний. Запах чистоты, дорогих кожаных кресел, новой недешевой мебели, идеально настроенной вентиляции — видимо, из этого складывалось сочетание. Хотя в этот день показалось, что к этому необъяснимому аромату примешивается что-то еще. Что-то очень нервирующее. Хотя, казалось бы, куда дальше? Полина и так дрожала, как кролик перед удавом. А она еще даже не занесла букеты.
— Приемная Волкова-Борейского? — спросила она у проходящей мимо девушки в строгом костюме после того, как показала паспорт охраннику возле дверей.
— Третья дверь направо. Вы, полагаю, курьер из цветочного?
— Да.
— Я провожу вас, — улыбнулась девушка, встряхнув блондинистой копной волос. — Будет лучше, если вы оставите куртку в шкафу за ресепшн.
Полина кивнула и на деревянных ногах прошла направо от стойки, где одна стена оказалась дверьми длинного шкафа-купе. Внутри висели куртки сотрудников, туда же она повесила свой пуховик, потом наспех глянула на себя через камеру телефона, причесалась и поморщилась: она ощущала себя дешевкой в этой атмосфере запредельного богатства. Вся раскрасневшаяся от мороза, с синяками под глазами почти без макияжа, с исколотыми шипами роз руками — замученная девушка с зарплатой, которой едва хватало на пропитание и коммуналку. А нарисованный Кони румянец, казалось, только делал похожей на клоуна. Грустного клоуна эксцентрика в театре этой жизни.