— Значит, отбираете дочку? — вскипела женщина. — Родную дочь у матери? И ты с ними, Коля?!
— Остынь, Галя! — рявкнул на неё участковый. — Я с тобой ещё поговорю.
— Поговорит он! Нашёлся говорильщик!
Галя вдруг рухнула на диван лицом вниз и разразилась рыданиями.
Таня молча смотрела на мать.
— Собирай вещи, — сказал я девочке. — И постарайся ничего не забыть. Всё перевезём на машине.
Стараясь двигаться бесшумно, девочка принялась собираться.
— Николай Иванович! — сказал Павел мгинскому участковому. — Я очень прошу вас проследить, чтобы с девочкой всё было в порядке. Да и сам буду проверять. В ваши дела я лезть не хочу, меня волнует только судьба девочки.
— Ну, договорились же, лейтенант! — недовольно буркнул участковый. — Что я, не понимаю, что ли? Всё будет нормально.
— Ты ещё выпей с ними! — мгновенно прекратив рыдать, язвительно сказала Галя.
— Помолчи! — бросил ей участковый. — Тоже мозги-то надо иметь! Куда ты катишься?
Таня дёрнула меня за рукав.
— Я готова, — тихонько сказала она.
В правой руке у девочки была большая сумка, а левой она прижимала к груди плюшевого пса с длинными ушами и удивлённым выражением на морде.
— Идём!
Я взял у Тани сумку, и мы вышли на лестницу.
— Беги, доченька! Беги от родной матери! — кричала вслед Галя. — только потом обратно не просись — не пущу! Поняла, шалава?!
— Вообще, она хорошая, — тихо прошептала девочка.
По её лицу, словно сами собой, текли слёзы.
— Я знаю, — сказал я. — Просто сейчас ты ничем не сможешь ей помочь. Но, может быть, со временем что-то изменится. А тебе нужно учиться.
— Всё равно только год ещё, — ответила Таня. — А потом придётся искать другую школу. И на что-то жить. У бабушки пенсия маленькая.
Говоря это, Таня спускалась вслед за мной по ступенькам.
Я остановился и повернулся к ней.
— Мы всё решим, обещаю. Все вместе. И ты тоже будешь в этом участвовать.
Таня серьёзно посмотрела на меня.
— Зачем вам это, Андрей?
Я пожал плечами. Что тут скажешь?
— Затем, что мы — советские люди. Пока, сейчас — это правда. Да, запомни вот ещё что — это очень важно. Не нужно чувствовать себя обязанной за помощь. Просто когда сможешь — тоже помоги кому-то, вот и всё.
— Разве это так работает? — спросила Таня.
— Только так и работает, — подтвердил я. — И никак иначе.
Мы все вместе погрузились в машину. Валентину Михайловну посадили на переднее сиденье. Перед тем, как сесть, учительница скептически оглядела машину, но ничего не сказала.
— Таня, где живёт твоя бабушка? — спросил я, заводя двигатель.
— Видите магазин «Промтовары»? Поверните за ним направо, только осторожно. Там дорога грязная.