Оглушительной трелью прозвенел звонок с урока, и буквально через минуту в комнату влетели три запыхавшиеся девицы.
— Аська вернулась! — радостно воскликнула тоненькая, как тростиночка, брюнетка и кинулась обниматься.
— Ася, как ты? Пострадала? Тебя сильно задело? Страшно было? Мы тут извелись в переживаниях, — наперебой засыпали таким количеством вопросов, что в голове зазвенело от звонких голосов.
— Подождите! — Я отстранила девушек.
Ясно же, мы не первый год вместе. Значит, сдружились и, возможно, стали семьей. Но я их совершенно не помнила.
— Дело в том, что нам придется знакомиться заново. Я не знаю даже ваших имен, — виновато поджала губы, наблюдая, как вытягиваются лица у девчонок.
— Совсем ничего? — уточнила круглолицая гимназистка с белой кожей и рыжими конопушками на переносице. — Я — Даша. Григорьева Дарья Игоревна, — назвалась полным именем.
— А я Мила, то есть, Людмила Алексеевна Реутова, — назвалась брюнетка.
— Марфа Ивановна Безродная, — завершила представление третья девушка, крупная и рослая, с темно-русой косой толщиной с запястье и грубоватыми чертами лица.
— Рада познакомиться. — Я нервно улыбнулась, не зная, что делать дальше и как смягчить возникшую паузу. — Буду благодарна, если поможете освоится тут, а то я даже элементарных вещей не помню.
— Конечно! Не сомневайся! Обязательно поможем и подскажем, — заговорили соседки одновременно. — Ой! Обед же скоро, — опомнилась Дарья. — Необходимо переодеться и вымыть руки.
С переодеванием я быстро справилась. Только надела черный передник поверх платья и почистила обувь. Как меня предупредили, за неподобающий внешний вид Зоя Матвеевна могла три шкуры спустить.
— Это она с виду добренькая, — нажаловалась Мила, — а как хлестнет указкой по пальцам — мало не покажется.
— Разве так можно? Ну, бить гимназистов? — изумилась я. — Мы ведь не маленькие дети!
— Ха! — басовитым голосом поддакнула Марфа. — По мне, так лучше разок хлестнет, чем устроит общественное порицание. Позору потом не оберешься.
— Вот как? А Демид Иванович, как на эти вещи смотрит?
— А ему что? — хмыкнула Дарья и пожала плечами. — Главное, чтобы дисциплину соблюдали. За особые провинности и высечь могут. Розгами. Но я не припомню, чтобы кого-то так наказывали. А Зоя Матвеевна правильно Милке по рукам надавала, чтобы не садилась за стол с грязью под ногтями.
— Но я не успела! Сама же торопила: опаздываем! Давай скорее! — передразнила подругу Реутова.
Наблюдая за словесной перепалкой девчонок, я невольно улыбнулась. Веяло от всего этого чем-то знакомым, родным.