— Ну, чётко! — восхитился Женька Поздняков ещё увидев футболку на мне, когда я вошёл в раздевалку. — Ещё есть? На продажу?
— Две, только, но по сорок, Женя. Краска, смотри какая.
В типографскую краску я добавил клей ПВА и она легла на ткань словно резиновая.
— Офигеть. Беру сразу обе.
— Ещё две с каратистом есть.
— Что за каратист, покажи.
На футболке, с печатью в той же манере, был изображён Брюс Ли, прыгающий с ударом «Тоби Йоко».
— Это он в прыжке, что ли бьёт? Спросил Поздняков.
— Ну да, — ответил я.
— Да, ну, никто так не прыгнет! — скривился Женька.
— Я так прыгну. Не так высоко, но прыгну.
— С таким ударом?
— Да.
— Иди ты! Пошли в зал и прыгни!
— На матах трудно. На полу надо.
— В соседнем зале пол деревянный, где тренерская.
— Да там места мало…
— Мы там на скакалках прыгаем.
Прыгучесть у этого тела ещё была низкая. Особенно с места. Но раз назвался груздем, придётся прыгать.
— Пошли. Только чтобы Григорич не услышал и не заметил. Выгонит. Этот спорт у нас запрещён. Только разведчиков так обучают драться. Даже пограничники простое боевое самбо изучают.
— А ты, что, разведчик? — Поздняков ухмыльнулся.
— Я — нет, а тот, кто показывал — да.
— Ну, пошли-пошли, покажешь, — Женька нетерпеливо потянул меня в зал. Он, всё-таки, был взрослее на целых два года и, естественно, доминировал в наших отношения. Друзьями, несмотря на совместный бизнес, мы не становились. Можно сказать, что Поздняков относился ко мне «потребительски». С высоты прожитых лет я понимал, что все люди относятся друг к другу потребительски, только одни хитрее и тактичнее, другие наглее и грубее. Корысть в отношениях отсутствуетредко. Мне это было понятно, и я не комплексовал, как мой реципиент, из-за отсутствия друзей, понимая, что такие отношения эксклюзивны.
— Пошли-пошли.
— Ну, пошли-пошли, — согласился я.
В том помещении, о котором говорил Позняков, в правом углу лежали стопкой маты, рядом стояли зачем-то параллельные брусья. На них мало кто занимался. Слева, у окон лежали железяки: штанга, блины, гантели, тяжёлые мячи и другой инвентарь. Свободным оставался узкий проход до двери коморки тренера, отделённой фанерной перегородкой на уровне одного окна.
— В принципе, даже разогнаться место есть, — сказал Поздняков.
Я поморщился, но согласился. Место действительно хватало.
В спортивном магазине я купил не куртку-самбовку, они, почему-то продавались редко, чаще их шили на заказ, а костюм дзюдоиста — куртку и штаны. Куртка-дзюдога была значительно крепче, так как шилась из ткани с хитро переплетёнными нитями. Штаны были сделаны из другой ткани, но тоже очень прочной. Этот костюм изготавливали где-то в Югославии и обходился значительно дороже обычной «самбовки».