Кинул его на место, где только что лежала моя оболочка. Забрал у скорпикоза кусочек сердца серой зоны, взял за клешню и направился к груде тварей. Запихал поглубже.
Обстановка становилась всё напряжённей. Где-то в коридоре послышались шаги — тяжёлые, уверенные. Стражники? Или те же алхимики с подкреплением? В любом случае времени оставалось в обрез.
Сердце серой зоны в лапе пульсировало тёплым светом. Странно, но я почувствовал к нему нечто вроде привязанности. Спрятал кусочек сердца в специальный кармашек между складками шкуры водяного медведя. Проверил, что труп другого монстра лежит на месте моего тела, — вполне убедительно, если не присматриваться. Пустая оболочка скорпикоза скрыта среди мёртвых тварей, следов моего присутствия не осталось.
Чутьё монстра улавливало аномалию — едва заметное колебание воздуха, крошечные вибрации, недоступные человеческому восприятию. Там что-то было, что-то скрытое.
Духовное зрение — чёткое, острое — выявило контуры потайной двери. Руны маскировки светились холодным синим сиянием, окружая проём невидимой рамкой. Сложная магия высокого ранга. Человек прошёл бы мимо, не заметив. Даже маг среднего уровня не увидел бы ничего подозрительного. Но я не обычный человек и тем более не обычный маг.
Сила затылочника вспыхнула внутри источника. Энергия хлынула через каналы, устремляясь к глазам, усиливая зрение.
На мгновение магия сокрытия мигнула и погасла, в стене проявился чёткий контур. Я схватился за край и потянул, каменная дверь распахнулась. Залетел туда и тут же закрыл. Успел как раз, когда заработал артефакт.
Сердце колотилось как бешеное. В полной темноте прижался ухом к двери, прислушиваясь. Тяжёлое дыхание медведя пришлось сдерживать, чтобы не выдать себя.
Голоса… Алхимики вернулись, и, судя по тому, как они говорят, — крайне возмущены, что скорпикоз отправил их хрен пойми куда. Тем временем моя лапа сжимала кусочек сердца. Сквозь толщу камня их слова доносились приглушённо, но благодаря обострённому слуху водяного медведя я разбирал каждое:
— Куда он делся? — раздражённо спросил один.
— Скорпикозы не могут самостоятельно передавать осмысленные сообщения, — ответил старший алхимик. — Это был обман.
— А водяной медведь? Он тоже исчез?
— Нет, вот он, — судя по звуку, кто-то из них подошёл к столу с подменённым телом. — Странно… Выглядит иначе.
Я напрягся. Если алхимики заметят подмену…
— Твои фантазии, Крим, — усмехнулся третий голос. — Все эти твари на одно лицо.
Шаги, шуршание, стук инструментов — они возвращались к работе.
— Посмотрите на скорпикоза, — вдруг сказал старший. — Его нет среди живых. Проверьте среди мёртвых.