Монарх, как и я, умеет быть убедительным. А так я дал ему шанс. Воспользуется ли им? Да! Он торгаш. С одной стороны — жизнь и потеря всего, а с моей? Безопасность, деньги, власть и влияние, соблюдение договоров и уважение. Первый союзный род на моих территориях. И не абы какой, а один из богатейших в стране. Политический козырь, экономический ресурс, символическая победа. Отличный пример для остальных. Ещё один ход против императора.
Как только мы запустим аукцион и аристократы получат свободный доступ к кристаллам… То зачем хранить верность монарху? Экономика, выгода, прагматизм — основы любой политики.
Есть и ещё одна цель во всём этом — мои новые земли на монгольской территории. Нужно развивать, укреплять, заселять.
Жёны, конечно, справятся. Все они умные, сильные, преданные. Но будет куда лучше с ресурсами, деньгами и людьми, а у Булкина этого добра навалом. Быстренько там расстроимся, укрепимся. Ещё один форпост в моей маленькой стране, ещё одна крепость, ещё один плацдарм.
Вышли на улицу. Свежий воздух ударил в лицо. Ночь. Прохлада. Тишина. Аристократический Томск спал. Улицы пустые, тёмные, только редкие фонари разбавляли мрак. Луна скрылась за облаками.
Особняк Булкина возвышался за нами — массивный, внушительный, с колоннами на фасаде и высокими окнами.
— Ты такой же, как император! — заявил Казимир.
Голос громче, чем следовало бы. В нём — смесь удивления, восхищения и злости. Слова ударили неожиданно. Оценка от человека, который видел обоих, работал на обоих, знает методы обоих.
Ветер усилился — холодный, резкий, пронизывающий. Осенний томский ветер — особенный, наполненный запахами увядающих листьев, сырой земли.
— Правда? — повернулся я. — Сочту это за лесть. Но, в отличие от него, я даю выбор, предлагаю что-то взамен. Не ломаю и не подчиняю силой.
Разница существенная, принципиальная, фундаментальная.
Глаза Цепеша изучали меня. В них отразился опыт многих лет, интриг и игр. Маг высокого ранга — не просто боевая единица, но и хищник, чувствующий другого хищника.
— Тут я вынужден согласиться, — хмыкнул он.
Пар вырвался изо рта вместе со словами. Холодный воздух делал дыхание видимым, материализовывал мысли.
Руки в карманах, плечи расправлены, спина прямая. Взгляд — прямой, открытый. Казимир выглядел спокойным, но я чувствовал его напряжение.
И снова похвала. Приятно, что мои способы производят впечатление.
Из тёмного переулка донёсся шорох. Мгновенная реакция — оба напряглись, готовые к атаке. Секунда… и из тени выскочила кошка. Обычная, домашняя, полосатая. Метнулась через дорогу и исчезла в соседнем дворе.