Я моргнул, давая знак, что всё по плану. Уловили сигнал — Бат едва заметно кивнул, Жаслан слегка опустил веки. Связь установлена, они готовы к дальнейшим действиям.
А вот и самая большая юрта в лагере — внушительное сооружение, в два раза больше остальных. Войлочные стены украшены богатой вышивкой — сцены охоты, битв, мифологические сюжеты. Перед входом стояли резные столбы с черепами животных. Охраны было много — плечистые воины с каменными лицами. Оружие наготове, глаза следят за каждым движением. Жёсткие пальцы ощупали каждый сантиметр моего тела. Залезли в карманы, проверили пояс, швы одежды. Только после этого нас пропустили внутрь.
Юрта изнутри казалась ещё больше. Центральный шест поддерживал свод, украшенный золотыми пластинами. Пол устилали богатые ковры с затейливыми узорами. Вдоль стен стояли сундуки и низкие столики. Факелы и масляные лампы освещали пространство, бросая колеблющиеся тени. Воздух был пропитан запахом дорогих благовоний, кожи и металла.
В дальнем конце юрты, на возвышении, сидел мужчина. Рослый, с широкими плечами и мощной грудью. Густая борода с золотыми нитями, на голове — шлем с рогами, украшенный драгоценными камнями. Это, несомненно, был генерал. Каждый жест источал силу и власть. Воины вокруг держались почтительно, склоняли головы при обращении к нему.
Но, что странно, не он привлекал главное внимание. Рядом стояла женщина — высокая, стройная, лет тридцати. Богатая одежда, множество украшений, волосы убраны в сложную причёску.
Поразило то, как вёл себя генерал в её присутствии. Могучий военачальник склонял голову, когда она говорила. Ловил каждое слово, каждый жест, словно пресмыкался перед ней.
Меня бросили на пол, мягкий ковёр смягчил падение. Женщина шагнула вперёд, двигаясь с грацией хищника. Лицо красивое, но холодное — высокие скулы, тонкий нос, идеально очерченные губы. А глаза… В них была тьма. Не просто тёмный цвет, а настоящая бездна, затягивающая, пугающая.
Генерал следовал за ней, как тень. Он наступил мне на ногу, вдавливая каблук в ступню. Боль прострелила от пальцев до колена. Женщина улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз. В изгибе губ читалось превосходство.
— А вот и ты, русский! — сказала она на нашем языке.
Сердце на мгновение замерло. Русскоговорящая джунгарка? Или…
— С кем имею честь? — не показал удивления, сохранил бесстрастное выражение лица.
Меня попытались ударить за дерзость. Я увернулся от удара — рефлексы сработали автоматически.
— Хадаан-хатун, — улыбнулась женщина. — Ты же отправился встретиться с ханом? Я жена его наследника, можешь говорить со мной.