А эти головы… Они не похожи на морды обычных монстров. Существо мерзко косило под человеческое. Затылок — да-да, именно затылок — вытянутый, будто кто-то вывернул человека наизнанку и прилепил четыре глаза, по два с каждой стороны. Там, где должен быть позвоночник, раскрывалась пасть с тонкими, как иглы, кривыми зубами, расположенными в несколько рядов.
Меня словно парализовало от этого зрелища. Не страхом, а, скорее, странным отвращением и одновременно научным интересом. Такое существо в моей коллекции… Внутренний хомяк уже облизывался.
Как же сильно клонит спать. Стоит опустить веки, и сразу проваливаюсь куда-то. Если бы не магия яда, меня бы точно уже кушали. А так источник хоть как-то спасает, отправляя по каналам волны энергии, нейтрализующие сонные пары.
Я чувствовал, как магия циркулирует по телу, укрепляя каналы, защищая разум, не давая впасть в дрёму. Но даже с ней мысли путались, ускользая, как песок сквозь пальцы. Всё вокруг казалось расплывчатым, словно я смотрел через мутное стекло.
Сглотнул тягучую слюну и почувствовал, что язык онемел. В горле сухо, несмотря на сырость вокруг.
Пришлось сделать над собой усилие, чтобы начать действовать.
— Морозьте эту тварь! — дал приказ паучкам.
Вот только ничего не произошло.
— Давайте! — повторил ещё раз.
Бросил взгляд на своих монстров и увидел… что они спят! Все девять безвольно распластались на полу пещеры. Их кристаллы едва тлели, потеряв свой обычный яркий свет. Интересно-то как! Даже многоглазики не справились с этим.
Шипы льда, выпущенные мной, ударились о хрен пойми что и отскочили. Не причинили твари даже царапины, а она уже убегала, если это так можно назвать, — скорее, уплывала, извиваясь всем телом.
— Давай быстрее! — торопил один другого.
— Ты мешаешь!
— Сам мешаешь!
— Заткнись!
— Сам заткнись!
Бульк. Существо исчезло в мутной жиже, оставив после себя круги на поверхности. Я смотрел ему вслед, пытаясь осознать увиденное. Ущипнул за руку, чтобы убедиться, что не сплю. Больно — значит, не привиделось.
До сих пор не понял, где у этой мрази был перед. Или у неё их два? Она выглядела как червь с головами на обоих концах, и головы говорили, спорили между собой, обладали разными характерами. Одна казалась глупее, вторая — умнее, злее.
Причём они разговаривали на русском языке! Вот, что поразило меня больше всего. Не на тюркском, не на монгольском, а на чистом русском, пусть и с каким-то странным акцентом, будто слова произносит кто-то, для кого человеческая речь — экзотика.
Я держался и ждал. Магия яда циркулировала по каналам. Лёд собирался на кончиках пальцев, готовый сорваться и заморозить всё вокруг, если потребуется. Вот только странно, что моя первая атака не сработала. Почему шипы не смогли даже поцарапать существо? Теперь тварь сидела в жиже и не нападала.