Провёл рукой по лицу, размазывая пот и кровь. Температура в комнате начала постепенно повышаться, но повсюду ещё лежал снег и сверкал лёд. Мебель была перевёрнута и разбита, стены исполосованы следами от клинков и ледяных шипов.
Оценил свои силы. Шестой ранг магии льда и яда против седьмого ранга тьмы и яда. Не самый простой противник, особенно с его способностью к растворению. Но кожа, сросшаяся со шкурой степного ползуна, оказалась неожиданным преимуществом. Тень целилась в корпус, не зная о моей защите.
Ещё раз взглянул на замороженные останки твари и улыбнулся. Потом достал из пространственного кольца лечилки. Первую — прямо на рану. Шипение, боль. Следом — зелья восстановления магии и выносливости. В завершение выпил то, что притупляет боль.
Огляделся: всюду бардак. Такой из меня жилец… Прошлый номер оставил в беспорядке, теперь этот. Турки точно внесут меня в чёрный список гостиниц.
В дверь постучали, я тут же вынул паучков. Они закрыли своими телами почти весь пол, скрывая следы крови и чёрной жижи, а также остатки тела тени.
— Минуту! — крикнул я, пытаясь выровнять дыхание.
Сердце всё ещё колотилось как бешеное. Кинжал в ляжке пришлось выдернуть одним резким движением. Боль пронзила всё тело, но я сдержал стон. Запихнул окровавленный клинок в пространственное кольцо — пригодится.
Пытаясь выглядеть нормально, открыл дверь. Там стояли десять турок. Лица серьёзные, руки на оружии, взгляды настороженные. Явно что-то заподозрили.
— Вы в порядке? — спросили у меня, пока я восстанавливал дыхание.
— Ага, — кивнул, прислонившись к дверному косяку, чтобы не упасть и не показать, русскую зиму внутри. — Просто решил немного физкультурой заняться. Что-то случилось?
— Нет, — соврали военные, их глаза бегали по моей фигуре, выискивая следы борьбы. — Через час вы поедете во дворец.
Я снова кивнул. За дверью раздался топот: количество турок в гостинице, похоже, увеличилось. Нужно отдать должное тени, он проник, убил охрану, нашёл меня. Хорошая школа.
Я поморщился и, когда дверь закрылась, упал в кресло. Махнул рукой, чтобы паучки приступили к обеду. Они сновали по полу, подбирая следы битвы — капли крови, осколки замёрзшей тьмы, тело тени.
Продолжил пить лечилки, глядя в окно и наслаждаясь солнцем, заливающим комнату мягким светом. Раны начали затягиваться, но боль всё ещё пульсировала, напоминая о встрече с тенью императора.
Когда паучки закончили, от боя не осталось и следа. Лишь слегка влажный ковёр да покосившаяся мебель напоминали о том, что здесь произошло.
Заглянул в ванную и привёл себя в порядок. Умылся, стирая засохшую кровь с лица. В зеркале отражался бледный молодой мужчина с голубыми глазами, в которых плескалась усталость и что-то ещё — то ли удовлетворение от победы, то ли настороженность перед новым испытанием.