Кинулась в кабинет, в спальню Дамира, но там его не было. Побежала на второй этаж.
– Дамир! Дамир! Где ты? Дамир!
Навстречу из моей бывшей комнаты выбежали доберманы, кинулась к ним, псы начали лизать руки, лицо. А я боялась войти, боялась увидеть, что там.
Медленно подошла, толкнула дверь рукой, Дамир сидел у окна, смотрел куда-то вдаль. В нос ударил запах лекарств. Мужчина сидел в инвалидном кресле, рядом стойка для капельницы, расправленная кровать, раскиданные вещи.
– Дамир, – позвала, голос тихий, хриплый.
– Зачем пришла? Я тебя не звал.
Ответил, не поворачиваясь, не смотря, а у меня оборвалось сердце, я заплакала, зажав рот ладонью.
– Дамир… я… я… прости меня…
– Уходи, тебе незачем у меня просить прощения, ты ни в чем не виновата.
– Дамир!
– Уходи! Пошла вон! Вон, я говорю! Не нужна ты мне! Не нужна!
Развернул кресло, а меня, как кипятком обдало от его злого взгляда, он прожигал и убивал. Он разрывал на части и не давал вздохнуть. Сейчас он был тем чудовищем, которым все его и представляли. Но я знала, что он не такой, Дамир другой.
– Уходи!
– Нет, нет… Я не уйду, и не проси, даже если будешь гнать, все равно не уйду. Я останусь с тобой, и это мое решение, ты ничего не сделаешь, придется это принять.
Дамир
– Уходи! Я тебя не звал! Пошла вон!
Упрямая девчонка, я не звал ее, лишь просил Якова передать кольцо, это подарок, хотел, чтобы оно было всегда с ней и напоминало обо мне. И это не она, а я должен просить у нее прощения за то, что испортил жизнь.
– Дамир, поговори со мной, пожалуйста. Я пришла, к тебе пришла, я такая дура, господи, ты бы знал. Что с тобой? Тебе больно?
Разворачиваю коляску к окну, не могу видеть ее, такую красивую в свадебном платье, даже глаза режет, и понимаю, что это от слез. Но она подходит, опускается на пол, заглядывает в лицо.
– Дамир, смотри, я пришла, и я не сделаю больше ошибок, я не уйду. Ты прислал кольцо.
Показывает мой подарок, разжимает кулак, а потом снимает другое с безымянного пальца, бросает на пол и надевает мое.
– Вся эта неделя была как в тумане, я винила себя, тебя, всех вокруг, а надо было просто подумать. Дамир, не молчи.
Такая нежная, юная, красивая до рези в глазах, даже когда плачет. Разве я могу принять такую жертву?
– Я не достоин тебя.
– Что? Что ты говоришь?
– Ты достойна большего.
– Чего или кого большего? А может, мне этого большего и не надо вовсе? Почему ты решаешь, почему все вокруг решают и знают лучше меня? Если бы не ваше с отцом молчание и тайны, может быть, меня здесь и не было. Но ты сам, слышишь, ты сам привел меня к себе!