— Фамилия? — коротко.
— Громов. Алексей Андреевич.
— Откуда?
— Из Москвы.
— Что в лесу делал, Громов из Москвы?
— Своих искал.
Командир хмыкнул, бросил взгляд на двух бойцов, стоявших у входа.
— Обыскать.
Алексей напрягся, но подчинился, не делая резких движений. Один из солдат — молодой, с синяком под глазом — быстро обшарил карманы, вытащил сложенную бумагу, засаленный бумажник, сложенный вчетверо лист с печатью.
— Товарищ лейтенант, вот.
Командир развернул удостоверение. Склонился ближе к тусклой лампе.
— «Удостоверение. Громов Алексей Андреевич, инженер-техник, особая группа при КБ №12, Москва — сектор обеспечения связи и транспорта. Дата выдачи: август 1942 года. Подпись — капитан госбезопасности Круглов.»
Он поднял взгляд.
— Особая группа, говоришь? А что ж ты, инженер, с винтовкой по лесу шарахаешься?
— После обстрела потерял своих. При себе был только вещмешок. Документы и всё. Винтовку нашёл… когда бой завязался. Помог вашим. То есть нашим.
Командир молча вернул удостоверение бойцу, пару секунд задумчиво глядя на Алексея. Потом встал, подошёл ближе и, чуть приглушив голос, произнёс:
— Смотри, инженер… В другое время я бы тебя отправил к своим. Да только не до того сейчас. Тут фронт через лес ползёт, дорога в тыл под огнём, людей не хватает. Я тебе «проездной» сейчас не обеспечу.
Он прошёлся по землянке, постукивая пальцами по гранённому стакану на столе.
— Связь у нас — работает через раз, радиостанция греется как самовар. В автороте — две машины стоят, моторы не тянут. А специалистов, которые в этом что-то понимают, почти не осталось. Так что, раз ты инженер — вот и займись своим делом.
Алексей кивнул.
— Работать умею. Попробую помочь.
Командир посмотрел на него долго, уже спокойнее.
— Ну и славно. Заодно и проверим, чего ты стоишь. Война быстро на место ставит — кто есть кто.
Он обернулся к бойцу у входа:
— Самойлов, проведи его в техслужбу. Пусть приписывается к рембазе. Да накормите хорошенько.
Потом снова повернулся к Алексею:
— А дальше — видно будет. Как говорится, в нашем полку прибыло.
Проверка
Временный штаб батальона располагался в подвале полуразрушенной школы на окраине деревни. Стены с облетевшей штукатуркой, запах сырости и гари, с потолка свисали оборванные провода. В коридоре — ящики с боеприпасами, кипа сапёрных лопат, закопчённый самовар в углу. У двери дежурный с винтовкой, глаз настороженный, лицо — уставшее.
Алексея ввели внутрь без лишних слов. За столом — несколько человек в потёртых гимнастёрках и в полушубках. Карты, пачка радиограмм, карандаши. Командир, тот самый младший лейтенант, что опрашивал его днём раньше, теперь выглядел ещё более уставшим.