Москва. Ставка Верховного главнокомандующего. Март 1943 года.
Кабинет был просторным, но обстановку нельзя было назвать богатой: тяжёлый стол с зелёным сукном, две лампы с тёмными абажурами, огромная карта Европы на стене. На карте, толстой красной линией, был обведён Берлин.
Громова провели молча, без лишних церемоний. Секретарь остановился у двери, дал знак ждать.
Через несколько минут в комнату вошёл Иосиф Виссарионович Сталин. В серой гимнастёрке без знаков различия, в сапогах. Он шёл спокойно, держа трубку в руке…
Остановившись у карты и поздоровавшись, Сталин слегка обернулся:
— Ну что, товарищ инженер. Для вас есть отдельная задача, о которой я говорил ранее.
Он ткнул мундштуком трубки в обведённый круг.
— Можно ли забросить ваши беспилотники прямо сюда? В небо над Берлином? Чтобы видеть, куда потом бить. Заводы, вокзалы, казармы. И кроме того, правительственный квартал.
Верховные взглянул на инженера и начал набивать трубку табаком марки «Герцеговина Флор».
Громов сделал шаг вперёд.
— Товарищ Сталин, задача довольно сложная, но в принципе выполнимая. С земли, с наших нынешних рубежей — дроны не дотянут. Расстояние слишком велико.
Сталин смотрел на него, не перебивая.
Громов продолжил:
— Однако есть иной способ. Использовать дальние бомбардировщики в качестве носителей. Доставить аппараты до границы в десятке километров от Берлина. Оттуда запустить.
— Как запустить? — спросил Сталин негромко.
— Есть два варианта, товарищ Сталин, — спокойно объяснял Громов. — Первый: с платформы, установленной в грузовом отсеке. Второй: через бомболюк, на специальной раме. Аппарат отделяется в воздухе, запускается электромотором и набирает высоту.
— Управление?
— Основное — по радио. С бортового ретранслятора на самолёте. Или через автономный автопилот с заданным маршрутом по компасу.
Сталин медленно прошёл вдоль стола. Дым из трубки медленно поднимался вверх.
— С какой высоты вы хотите запускать ваши аппараты?
— Пять — шесть тысяч метров, товарищ Сталин. Это выше зоны плотной зенитной обороны. При старте аппараты почти не заметны.
Сталин остановился, повернулся.
— А связь? Что если потеряете сигнал?
— На случай потери сигнала дрон продолжит полёт по программе. Есть также вариант аварийного сброса на парашюте с подрывом — чтобы техника не досталась врагу.
Сталин задумался. Долго смотрел на карту.
— Немцы, — тихо сказал он, — тоже не лыком шиты. Поймают сигнал, догадаются.
— Мы используем нестандартные частоты, товарищ Сталин. Переменный код шифра, маломощный передатчик. Даже если перехватят, расшифровка займёт время, а аппарат уже выполнит задание.