В покои Кари мы втроём отправились около восьми часов вечера. Я к этому времени чувствовала жуткую усталость, Себастьян тоже выглядел измождённым, Рея и вовсе штормило, как корабль, угодивший в бурное море. Мы поддерживали его с двух сторон, по пути пытаясь уговорить отправиться спать, предоставив оставшееся дело Себастьяну и мне, но Рей категорически отказывался.
— Мой амулет, я должен видеть, как он работает, — упрямился он, — и слышать, что в итоге скажет Кари.
— Главное — не упади в обморок в процессе, — раздражённо ответил Себастьян, сильнее стискивая руку брата.
— Чтобы не мешать дознанию?
— Нет. Чтобы не пугать Лину. Она и так сегодня весь день перепуганная, пожалей девочку.
Я сердито запыхтела, а Рей засмеялся, посмотрев на меня с нежностью, от которой в сердце стало теплее.
И захотелось поверить, что всё действительно закончится хорошо.
Аделина
Когда мы втроём вошли в комнату Кари, подруга дремала, сидя в кресле, и несмотря на то, что входили мы шумно — сапоги у Себастьяна жутко стучали, — не проснулась.
— Ещё одно доказательство, что воздействие всё-таки было, — заметил младший наследник, криво усмехнувшись. — Крепкий сон. Сознание не выдерживает, особенно если тот, на кого влияют, пытается сопротивляться, и уплывает в сон. Ну, что ж… Коли её, Лина.
— Будить не надо?
— Нет, зачем? Она сама проснётся.
Колоть мы договорились в висок. Когда экспериментировали на Рее, именно укол в висок действовал быстрее и эффективнее, донося до одурманенного мозга «дозу» нейтрализующего заклинания.
Как и предполагал Себастьян, сразу после укола Кари резко вздохнула, распахнула глаза и, потерев висок, уставилась на меня. Потом перевела взгляд на младшего принца, увидела Рея и, несомненно узнав его, пробормотала:
— Я сплю, что ли…
— Зачем ты меня отравила? — поинтересовалась я, стоя в шаге от Кари. Подруга вновь потёрла висок и поморщилась.
— Хороший вопрос. Вот только мне никто не поверит.
— Я поверю. Если ты скажешь правду — поверю.
— Ну да, ты же умерла… — вздохнула Кари. — А духи, говорят, чувствуют ложь. Беда в том, что я не знаю, где правда. Сначала всё было нормально, а потом я вдруг начала тебе бешено завидовать. Я пыталась с этим бороться, но не получалось. И план с отравлением мне не нравился, до сих пор не понимаю, зачем я это всё-таки сделала. Глупость какая-то. Теперь меня казнят, папа и сёстры с братьями будут в ужасе. Лишать саму себя будущего из-за зависти — не очень умный поступок, а я никогда не была дурой. Словно зачаровал кто-то.