— Вижу, — мрачно сказал Торн. — И язык у тебя странный. Но не совсем чужой.
Марина замолчала. Она ощутила, как под кожей, где обычно бьётся кровь, холод начинает быть не внешним, а внутренним. Гипотермия. Первые стадии. Дрожь уже была. Следующее — апатия, сонливость. Смерть под снегом — тихая и глупая.
— Торн… — Она старалась говорить ровно. — У вас есть… тёплое место? Комната? Одеяло?
— Есть. Если герцог разрешит. — Торн произнёс это так, будто герцог решал, кому дышать.
— А если не разрешит?
— Тогда… — Торн замялся. — Тогда ты будешь в каморке для задержанных. Там тепло, но… решётки.
Марина хрипло рассмеялась.
— Супер.
— Не умничай, Марина. У нас за меньшее язык вырывают.
Она резко повернула голову.
— Что?
Торн посмотрел на неё сверху вниз, и Марина увидела в его глазах не угрозу — предупреждение.
— Север. Здесь не любят чужих. Особенно когда у герцога и так… проблемы.
— Какие проблемы?
Торн промолчал слишком долго.
— Ледяная лихорадка, — сказал он наконец. — Не твоего ума дело. Но если ты правда доктор… может, и твоего.
Марина хотела спросить дальше, но впереди в метели выросли тёмные, угловатые контуры: стены, башни, ворота. Поместье. Оно казалось вырезанным из камня и льда — как будто кто-то строил дом не для жизни, а для выживания.
Ворота распахнулись без скрипа — слишком гладко. Во дворе горели фонари… и это было странно: пламя не плясало, а стояло ровным светом, как стекло.
— Огонь? — прошептала Марина.
— Не огонь, — буркнул Торн. — Кристаллы. Смотри и не трогай.
Лошади вошли во двор. Марину сняли с седла, поставили на ноги. Колени подогнулись, но она удержалась. В груди теснилось: «Не падать. Не показывать слабость. Если они действительно такие…»
К ним вышли двое: мужчина в тёмном сюртуке, сухой, как пергамент, и женщина — крупная, в строгом платье, с белой прядью в волосах, будто инеем посыпало. Она смотрела на Марину так, будто оценивала, сколько хлопот принесёт новая тряпка в доме.
— Капитан Торн, — произнёс мужчина. Голос был мягкий, но в нём было железо. — Что это?
— Найденная в метели. Без документов. Странная речь. Нож при себе.
— Доктор, — быстро сказала Марина. — Врач.
Женщина прищурилась.
— Врач в халате посреди метели. Конечно.
— Госпожа Агата, — вмешался Торн, — она правда замерзала. И… может быть полезна.
— Полезна? — Агата произнесла это слово так, будто оно могло испачкать язык. — Здесь полезны те, кто умеет молчать и работать. А не те, кто подкинут магией.
Мужчина поднял руку, останавливая её.
— Я — Грейм. Мажордом поместья. — Он смотрел прямо, спокойно. — Вы будете отвечать на вопросы. Без истерик.